Злобный босс, пиджак и Танечка (СИ)

И это после всего, что у нас было! А если мне приспичит ее еще разок потискать — да что уж там, вот прямо сейчас приспичивает — то что же она думать обо мне начнет? Что мне вообще без разницы, кто подо мной стонет? Блондинки, брюнетки или Коля?

Приехали, называется. А как прямо сейчас все объяснить? Особенно то, что я полуголым в «чужой» квартире шныряю.

Гостья наша немного ожила и теперь тараторила почти членораздельно:

— Я перед Андреем Владимировичем уже извинилась. Прости и ты, Коля, что я… о боже, да я каждый день при тебе его ругала! Ты почему же не осек? Наоборот, слушал в оба уха, подбадривал!

— Подбадривал, значит? — хмыкнул я.

Коле же до моего сарказма было глубоко фиолетово — все, как обычно:

— А что здесь такого? Я и сам знаю, что мой Андрейка не ангел!

Но Таня вскинула голову и нахмурилась:

— По-одожди-ка! И ты что же потом все докладывал?! А-а, теперь ясно, откуда Андрей Владимирович, например, о встрече с родителями узнал!

— Докладывал, докладывал, — с радостью сдавал я приятеля. — Вот прямо каждый день бежал ко мне и докладывал все о тебе. Да же, милый?

«Милый» прищурился, ну хоть настроение ему удалось подпортить. Однако тут же застрекотал кузнечиком:

— Да же! А че бы и нет же? Мы ж тут не фигней страдаем, а прям-таки живем вместе! Танюш, дружба дружбой, а тут любовища, серьезные отношения и все такое прочее.

— Серьезные, — отозвалась с выдохом Таня. — И все равно неприятно узнать, что я тебя другом считала, а ты меня специально допрашивал, чтобы подробности разузнать! Пойду я все-таки, не буду вам мешать. И не опасайтесь огласки. Недели б две назад — обязательно бы как-нибудь это использовала, но теперь уже пообещала прекратить все военные действия, — она перевела взгляд на меня и повторила: — Не опасайтесь, Андрей Владимирович."

"Коле она больше доверять не будет, но сейчас уйдет с твердой мыслью, что лично я лично ее тискать больше права не имею. Непорядок! Сам не знаю, зачем схватил ее за руку и наклонился, ловя взгляд:

— Тань, ты все неправильно поняла. Когда мы целовались, я действительно…

— Не надо! — ее глаза блеснули.

Со стороны подпело довольное:

— целовались, ишь! Бессовестные! Ну ладно, если прямо сейчас признаетесь, как вам понравилось целоваться, то я соберу свои радужные шмотки и пойду искать себе новую Лену. Любовь, в смысле, оговорился.

Таня же воскликнула со страхом, обращаясь к Коле:

— Не было ничего такого! Ты не подумай!

— Было, было! — я подхватил подачу от друга. — Вон на том самом диване ты так на мне ерзапа, что перед глазами темнело.

Коля вскочил на ноги и карикатурно прижал пальцы к щекам.