Босс для Гадкого утёнка (СИ)

Первый раз вижу тебя с бубликом на макушке. Ты чего так сильно затянула-то?

— Экспериментирую с образами, — отвечаю я уклончиво. — Надоело все время со своими лохмами распущенными ходить.

На всякий случай оглядываюсь, не подслушивает ли нас кто-нибудь. Кажется, у меня на фоне стресса скоро мания преследования разовьётся. Или глаз дёргаться начнет. Все время кажется, что сейчас из-за угла выйдет босс и мстительно прорычит: «Ага! Попалась? А ну иди сюда..!»

— Ну не знаю, — Ирочка критически разглядывает мою тщательно прилизанную голову с плотно скрученными волосами. — Как по мне, так этот причесон устарел лет эдак на… сто. Нет, даже на двести. Да ещё и очки эти кошмарные… Слушай, может, тебе линзы лучше носить? Ты сейчас на унылую ботаничку похожа. И на сову ещё.

А то мне неизвестно, каким чучелом я теперь выгляжу!

Собираясь на работу, я прикидывала и так, и эдак, но логика твердила одно: очки сейчас для меня — самая наилучшая маскировка и защита от разгневанного Тимура Аркадьевича. А волосы я убрала для надёжности. Ведь он вчера видел меня именно с распущенными локонами. Мало ли, вдруг заподозрит, а там и до разгадки недалеко…

Так что я просто отмахиваюсь:

— Посмотрим. Все равно у меня пока денег на линзы нет.

— Ой, ну это дело решаемое! Скоро аванс всем выдадут, — деловито сообщает Ирочка. — А ты пока вон с нашим новым визажистом посоветуйся насчёт своих экспериментов. Знаешь, какой он крутой спец? Говорят, босс его у наших же конкурентов переманил на бешеный оклад. О, вот и кстати… Алексей Анатольевич!

Она так неожиданно выкрикивает это имя, что я аж вздрагиваю. И сразу же испуганно вжимаю голову в плечи. Потому что за моей спиной укоризненно отзывается знакомый слащавый голос:

— Ну зачем же так официально, Ирочка… Можно просто Алекс. И давай на ты, безо всяких церемоний.

Я не спешу разворачиваться к нему лицом, просто встаю полубоком. Узнает или не узнает? Поди пойми… У большинства визажистов вообще-то глаз профессионально наметанный.

— Даже так? — приятно удивляется Ирочка и охотно начинает трещать: — Мы тут с подругой хотели посоветоваться насчёт ее кошмарного стиля…

— Ир, не надо, пожалуйста, — перебиваю я тихо. Нервы напряжены так, что только тронь — зазвенят, как гитарные струны.

Узнает или не узнает? А если узнает, побежит ли докладывать своему приятелю Тимуру Аркадьевичу?

— Ну как знаешь, — пожимает Ирочка плечами, потом жалуется задумчивому Алексу: — Я тут, понимаешь, стараюсь ей вкус привить к современным течениям в моде, а она экспериментирует с допотопными образами. Ладно, пойду кофейку, что ли глотну перед работой…

— Я с тобой! — дергаюсь я, но слащавый визажист вдруг придерживает меня за рукав.