Босиком по стеклу

— Прости Джеймс, но то, что ты не согласишься на брак, всё равно ничего не изменит. Я в любом случае перепишу её компанию на нашу семью, а затем опушу.

— Что ты блядь сказал?! — глаза Джеймса наполнились кровью, напоминая мне взбешенного буйвола, перед которым замахали красной тряпкой. — Что ты готов наложить хер на то, что сделала нам эта маленькая дрянь, и готов отпустить её на все четыре стороны?! Да ты рехнулся! Ты что..?! — глаза Джеймса округлились, а на лице заиграла улыбка безумного Джокера. — Вот же блядь… — покачал он головой, закрывая лицо рукой и, тут же плюхнулся на диван, продолжая заливаться истеричным хохотом откинувшись на мягкую спинку. — Так значит это был ты! Вот же блядь! Всё это время это был именно ты! Ты трахал её у меня за спиной! Мой родной отец не позволял мне прикасаться к собственной невесте, пока сам потрахивал её в доме своей семьи!

— Так, — отрезал, выходя из-за стола. — Кажется, наш разговор зашел в совершенно другое русло. Вернётся к нему когда ты успокоишься, — поправив ворот рубашки, я сделал шаг в сторону выхода.

— Я не отпущу её, — прошипел Джеймс следуя за мной. — И уничтожу любого, кто станем у меня на пути.

— Джей…

— Даже тебя, — не успел я повернуться, как он прижался ко мне, нанося быстрый удар в рёбра.

Холодный металл вошел в тело, оставляя после себя болезненную дорожку. Острая боль напоминала удар тока. Глубокий и мощный. Заставляющий разум содрогнуться от шока.

Я слышал рванное дыхание своего сына, смотрел в его голубые глаза и видел совершенно другого человека. Чужого. Пугающего меня безумца. В этот момент Джеймс на самом деле подошел к своемиу пределу. Впал в помутнение, полностью теряя самообладание.

— Луис! — отпихнул от себя вышедшего из-под контроля мужчину, вызывая своего телохранителя.

В голове помутилось, а в глазах появились белые вспышки. Как только обеденный нож вышел из моего тела, и рубашка и пиджак начали пропитываться тёплой влагой. Прижимая руку к рваной ране, стараясь остановить кровотечение, мне пришлось балансировать на грани между потерей сознания и предотвращением очередного удара.

— Сэр, — ворвался начальник охраны, доставая оружие.

— Охренеть, он пырнул меня! — стиснул зубы, чувствуя как острая боль уверенно растекается по моему телу. — Причём хорошенько так.

— Что прикажите делать?

Джеймс всё ещё сжимал в окровавленной руке толстый обеденный нож, наблюдая за мной стеклянными глазами.

— Двинется с места — стреляй в ногу.

— Так точно, — даже и не удивился Луис, получив подобный приказ."

"Сделав пару неуверенных шагов, на непослушных ногах, я оставил VIP-зал под конвоем из двух человек. Сейчас нужно было, как можно быстрей добраться до больницы, чтобы остановить кровотечение и зашить рану.