Босиком по пеплу. Книга 3

— Ты уже сделала все, о чем я тебя просила?

— Нет, — Камила нервно закусывает нижнюю губу, расправляя невидимые складки на парандже стального цвета.

Ей трудно справляться с моим ледяным настроением, но я знаю: Камила не винит меня за то, что я на некоторое время превратилась в требовательную и безэмоциональную снежную королеву.

— Я привела к тебе новую ассистентку. Я лично её собеседовала. Девушка соответствует всем твоим требованиям.

— Проходите обе, — разрешаю, одобрительно кивая.

Как раз вовремя. Рамилия до сих пор в больнице и пока неизвестно точно, когда пойдет на поправку. Я попросила руководство госпиталя удерживать её там, как можно дольше, предоставляя супругу-тирану соответствующую информацию о её здоровье. Сейчас для Рэми, клиника —  одно из самых безопасных мест.

— Лейсан Хабиб, — кротко представляется женщина, вошедшая в пространство моего кабинета, вслед за Камилой. Судя по мелким мимическим морщинкам на лице и слегка опущенным уголкам губ — ей около сорока лет. Может, чуть больше. Может, чуть меньше.  Умный сосредоточенный взгляд в ожидании устремлен на меня. Беглым взором прохожусь по резюме Лейсан, что Камила предварительно отправила мне на почту.

Выдавив из себя приветливую улыбку, совершенно не соответствующую моему внутреннему состоянию, я приглашаю Лейсан и Ками присесть за переговорный журнальный столик, расположенный в центре моего кабинета.

— У вас отличное образование, Лейсан, — хвалю я, изучающе вглядываясь в лицо соискательницы. Семья Хабиб без всяких сомнений, очень консервативна: её волосы закрывает плотно прилегающий никаб, и моему взору остается идентифицировать Лейсан только по большим темным глазам. Черные густые ресницы делают их яркими и выразительными без всякого макияжа.

— Благодарю, госпожа Мактум. Буду рада проявить себя на первой в своей жизни работе, — мягко произносит Лейсан, робко опуская взор.

— Твоя семья позволила тебе работать, или ты отправила резюме тайно? — спешу закрыть остро волнующий меня вопрос.

— Мой муж недавно скончался, госпожа, а других родственников у меня нет.

— А дети? — спрашиваю с тяжелым сердцем.

— Мы потеряли нашу дочь, когда она была совсем маленькой. Больше забеременеть у меня не получилось, — делится своей болью женщина. — Я одинока и хочу потратить нерастраченную любовь и сострадание на помощь пострадавшим и несчастным женщинам.

— Я сожалею…, — сглатывая горький комок подступивших слез, выдавливаю из себя дежурную фразу.

Может быть, не лучшая идея взять в команду женщину, олицетворяющую мой главный страх на текущий момент. «Больше забеременеть у меня не получилось». Однако решение приходит сразу.