В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Леди Вальбурга полагала, что повелитель таки доигрался, несмотря на её неоднократные предостережения.

Нотт пожал плечами – в ритуалистике и, тем паче, в кровных ритуалах он смыслил меньше, чем в вышивании гладью.

– А «Пророк» я не читаю, берегу нервы, – Нарцисса вздохнула и чрезвычайно мило надула губки, и Магнус мигом потерял нить разговора. – Что же вы решили?

– Что вы будете делать с этой странной дружбой? Ваш наследник, я вижу, тоже заинтересовался Поттером.

– Ничего не буду делать, миледи. Боюсь потерять доверие сына. А на Поттера как-нибудь посмотрю украдкой, улучу момент, – Нотт допил кофе и принялся изобретать предлог напроситься в гости ещё раз.

– Думаете, Драко не доверяет мне? Ведь он ни строчки не написал, – Нарцисса потёрла висок, а Магнус обругал себя болваном.

– Нет, что вы! Драко мужчина и оберегает вас от излишних волнений. Наверняка он всё написал Люцию.

– Неужели? Люций тоже оберегает меня от излишних волнений, да так усердно, что вообще исчез с глаз долой. Кругом благолепие и безмятежность!

Нотт сконфуженно уставился в пол. Умные женщины – это страшно. Но, Мерлин помоги, как интересно!

– Я тоже хочу развлекаться!

– Завтра же… Нет, сегодня! Я желаю нанести вам ответный визит!

– Всегда рад, миледи, – ошарашенный Нотт едва успел поймать себя за язык, чтобы не озвучить действительные размеры своей радости. Леди Малфой наверняка имела в виду светский визит, а не то, о чём он усиленно думал вот уже три месяца кряду.

– Посмотрю, как вы восстанавливаете мэнор, – Нарцисса сноровисто заплетала золотистые кудри в простую косу, а необычно молчаливый домовик держал на вытянутых руках подбитую мехом мантию. – Мне Гленн столько об этом рассказывал, умираю от любопытства!

До Магнуса не сразу дошло, что Гленн – это Бэддок, тот не любил своё имя и редко на него откликался. Зато Нотт тут же принялся терзаться ревностью пополам с досадой. Получается, пока он разбирался в своих чувствах, Бэддок удостоился обращения по имени.

«Ты, Магнус, призовой гиппогриф – особо гордый и особо тупой», – решил Нотт и не стал напоминать леди, что близка полночь, и в крепости почти все спят. В конце концов, экскурсию можно начать и с гостиной, наверняка Нарциссу заинтересуют антикварные серебряные кубки.

Так и случилось. Нарцисса пришла в восторг, а Нотт был готов провалиться сквозь землю. После роскоши Малфой-мэнора, крохотная гостиная с наспех заделанными дырами в потолке, заставленная разномастной мебелью, смотрелась лавкой старьёвщика в Лютном. Однако леди Малфой всплёскивала руками и ахала, как будто Нотт пригласил её в чертоги Мерлина на Авалоне.