В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Молча, будьте добры!

Флинт охнул и с несвойственной ему торопливостью устроился на ближайшем к Нотту месте, кротко сложив огромные ручищи на груди:

– Прощения прошу, мэм! Пере… это… перевозбу… э-э-э… пере-нерв-ни-чал, вот.

Гарри захихикал, пряча лицо в ладонях. Пьюси мимолётно погладил его по плечу и занял соседнюю кровать. Этот жест не укрылся от близнецов, они серьёзно и внимательно посмотрели на Поттера. Кровати Уизли выбрали в стороне от слизеринцев, через проход на другом конце палаты. Монтегю, страдальчески кривясь нетронутой половиной рта, лёг на соседнюю с Флинтом койку, молча взмахнул палочкой, призывая больничную ширму, и отгородился от «гриффиндорского угла».

– Больно? – сочувственно спросил Гарри, и тут же испуганно прикрыл рот. Как бы Монтегю не принял вопрос за злорадство. Судя по всему, челюсть у него была сломана, скуле тоже хорошо досталось.

– Счастье, что не в висок, – вместо Монтегю ответил Пьюси. – Чудом на метле удержался. Снейп, конечно, штрафной назначил, но что с того штрафного?

– Бладжер? – опять спросил Гарри.

– Хрен там, бладжер, – тихо проворчал Флинт. – Бита. Суки Уизелы. Надо бы их по-тихому в коридоре выловить, а, Монти?

Поттер закусил губу. Конечно, Монтегю засранец, да и мадам Помфри вот-вот подойдёт, но жалко-то его как! Флинт тоже очень нехорошо скрючился, пара рёбер точно сломана. Чем надо было треснуть, чтобы сломать рёбра чистокровному Мерлин знает в каком поколении? Гарри оглянулся на Пьюси, но тот погрозил пальцем и строго сказал:

– Не смей! Ты ещё нездоров!

Тут дверь приоткрылась, и в палату бесшумно проскользнул Малфой. Он неодобрительно поджал губы и проворчал:

– Разлеглись, неудачники. Двадцать очков разницы, это с пойманным-то снитчем! Здравствуй, Гарри! Как ты себя чувствуешь?

– Уебу к мантикорам, дрыщ белобрысый! – мигом встрепенулся Флинт. – Что бы ты понимал в квиддиче, мозгляк чернильный!

– Привет, Малфой, – пробормотал Гарри. – Что там произошло?

– О! – Малфой изобразил pater`a, снисходительно аплодирующего вульгарной певичке Селестине Уорлок. – Это было великолепно! Завтра же окуну Шляпу в кислоту и заставлю перевести меня в Гриффиндор! Какая грация! Какая тактика! Отныне Вуд мой идеал!

Монтегю закатил глаза, а Флинт побагровел и, постанывая, приподнялся на локте:

– Бля, Хорёк, ты допрыгался!

– Нет, троллья рожа, это ты допрыгался. Стоило Вуду чмокнуть тебя в щёчку, как ты тут же чуть не слил матч. А если он пожелает задницу подставить, ты ему кубок в зубах приволочёшь?

Нотт изумлённо воззрился на мигом сдувшегося Флинта:

– Оп-па! А что я пропустил? Да хрен на дурацкий кубок, Марк! Наконец-то тебе кто-то согласился дать бесплатно! Ну, почти.