Бомба за пазухой

Кряхтя, боец подошел ближе, встал рядом с Алексеем и потрогал пальцами место попадания пули.

— Тут, значит, произошло? — понимающе покивал Самохин. — А то там, в палате, слухи разные ходят уже. Говорят, шальная пуля прилетела, да бог миловал.

— Шальная? — начиная понимать, куда клонит опытный боец, переспросил Алексей. — А ведь точно. С двух, да и с пятисот метров пуля не только пласт штукатурки с колонны отбила бы, она кусок камня отколола бы со всей своей энергией. Точно ведь издалека стреляли. Надо пулю достать. Что-то мне кажется, что из «мосинки» стреляли.

— Знамо дело — из «мосинки», — согласился боец. — С немецкого маузера на такое расстояние стрелять — только зря порох переводить.

— Стоп, а пулю рано доставать, — решил Алексей и, отломив тонкую прямую веточку от ближайшего кустарника, попробовал вставить ее в канал от пули.

Погрешность, конечно, была большая, но все же ясно, что траектория полета пули была не горизонтальная. А, учитывая ослабленную силу удара, можно было предположить, что траектория была навесная, как при стрельбе с расстояния, например, в тысячу метров. Осмотревшись, Зыков понял, что стреляли не из окон или с крыш окрестных домов и развалин. Стрелок был гораздо дальше и выше. Алексей аккуратно извлек пулю и стал рассматривать ее вместе с Самохиным.

— Ну точно, — высказал свое мнение боец. — Наша, от трехлинейки. С хорошей оптикой, да в умелых руках для нее это не расстояние.

Зыков повернулся к ближайшим предгорьям и попытался представить, откуда могли стрелять, учитывая угол попадания в колонну. Получалось, что стрелок находился вон на той каменистой гряде. Редкие кривые деревца, небольшой кустарник и крупные обломки скал. Там нет осыпей мелкого щебня, туда, скорее всего, можно подняться по склону, как по ступеням. Только очень большим. А вообще-то на гряду подняться можно откуда угодно. И с северного, и с южного склона.

Когда появился Бойко, Алексей сразу рассказал ему о своих предположениях и показал извлеченную пулю. Капитан взял ее, покрутил и, достав из кармана носовой платок, аккуратно положил в него находку.

— Посмотрим. Покажу специалистам, может, какую информацию и извлечем из пули. Хотя толку от этого будет мало.

— Почему? — удивился Зыков. — Ведь это уже улика, вещественное доказательство.

— Леша, — снисходительно и как-то устало произнес Бойко. — Война идет. Вокруг столько оружия и стольких видов и калибров, что выстрелить могли из чего угодно, просто подобрав оружие на месте боев. Никак ты это к делу не пристегнешь. Это в мирное время улика, а сейчас просто характеристика. И не факт, что стреляли в Белорецкого.

— Я бы все же обследовал некоторые места вон на тех склонах, — указал Алексей пальцем.