Бомба за пазухой

Ночь была безлунной, пасмурной, еще вечером поднялся ветер. Лейтенант поднял воротник куртки и засунул руки поглубже в карманы. Поспать удастся часа четыре, но и этого сейчас хватит, когда еле держишься на ногах. Иконы найдены, и смерть старого монаха была не напрасной. Примерно понятно, что у старшего этой группы, с неясной пока главной целью, осталось всего три или четыре человека. Вся группа почти уничтожена.

Где-то впереди в темноте негромко охнула женщина, и Зыков сразу остановился и достал пистолет. Темные улицы в такую ночь таят в себе любые опасности. В такие ночи только убийцам и диверсантам ходить. Если ты, конечно, не веришь еще в какую-нибудь нечисть. Плавно, без щелчка отведя собачку затвора назад, Зыков двинулся вдоль стены дома на звук. Через несколько метров в свете керосиновой лампы, стоявшей на подоконнике квартиры первого этажа, он увидел сидевшую на лавке женщину, которая потирала ногу в районе колена. Присмотревшись, Алексей похолодел. Это была Нина Серегина. А ведь она сейчас должна была находиться в горах возле пещеры вместе с Игорем и наблюдать. Неужели что-то случилось? Беда?

— Нина? — окликнул он женщину и удивился, с какой скоростью женщина выхватила пистолет и навела его в темноте на неизвестного. — Тихо, тихо! Это я, Алексей!

— Слава богу. Я уж думала, что не дождусь вас. Или еще хуже, что с вами что-то случилось, а я не знаю даже, к кому еще обратиться.

— Пойдемте ко мне, — предложил Зыков. — Я слышал ваш голос, вы вскрикнули? Ушиблись, ногу подвернули?

— Да, в темноте коленкой о лавку ударилась. Аж искры из глаз. Да не переживайте, у женщин все как у кошек заживает. Не это главное, главное, что мы видели и слышали. Они что-то носят в грот там, в скале. Я думала, что в темноте не дойду, дорогу не найду, но Игорь настоял, чтобы я ушла к вам, а он остался наблюдать.

— Пойдемте, — Алексей подал Нине руку, и она поднялась с лавки.

Придерживая ее за локоть, он подвел женщину к двери, ведущей в подъезд. Открыл дверь, и тут же услышал шум мотора. Он оглянулся и увидел, как из-за угла вылетела легковая машина и свернула к этому дому, к этому подъезду. Фары на миг ослепили его, и тут же раздались один за другим два выстрела. Каким-то шестым чувством Алексей ощутил опасность. Дело было даже не в фарах. Эта машина вполне могла оказаться машиной отдела Бойко, и он мог послать за Зыковым своего сотрудника. И, прежде чем прозвучали выстрелы, лейтенант толкнул женщину внутрь подъезда и захлопнул за собой дверь. Он слышал, как пули пробили древесину двери, как откололись щепки, он успел даже увидеть две пулевых пробоины в двери. Через них пробивался свет фар машины снаружи.

Алексей, лежа на полу, разрядил обойму пистолета в дверь, рассчитывая, что пуля заденет кого-то из нападавших, повредит их машину.