Бомба за пазухой

Просто почему-то оказался в ненужное время в ненужном месте и угодил им под руку. Ну, как говорится, как вошел, так и выйди. И Пензяк решил выходить. И он замолчал и стал слушать.

— Значит, так, фраерок, — Бойко уселся на край стола. — Слушай и мотай на ус. Мы из НКВД. Ты попал в поле зрения военной контрразведки Смерш. Слыхал, что это за органы?

— Кто ж не слыхал, — сглотнув, ответил Саша. — Смерть шпионам, значит.

— Молодец, понимаешь, что контора серьезная, под Москвой ходит, под первыми лицами государства. Ты для них как семечка, и шелухи не останется. Сплюнут и не заметят. А оно тебе надо? Думаю, что у тебя своя дорога в этой жизни, и ты на чужую тропу шагнул случайно. А знал бы, то за километр обошел бы. Так ведь?

— Мне это ни к чему, — согласился Пензяк. — Ко мне какие вопросы, начальник? Я родину не продавал.

— Надеюсь на это. Как тебя зовут? По паспорту как? И как в вашей блатной среде кличут?

— Саша Пензяк. В здешней уголовке знают, только нет на меня ничего. А по паспорту я Александр Егорович Суханов тысяча девятьсот одиннадцатого года рождения.

— Ты, Саша, ввязался в нехорошее дело. Кому ты на рынке под навесом молочным только что ствол продал? Имей в виду, я не спрашиваю, где ты его взял, да при каких обстоятельствах. Очень сомневаюсь, что ствол «чистый», но и это сейчас не важно. Кто покупатель?

— Слышь, начальник, ты рангом, я так понимаю, повыше уголовки будешь. Давай договоримся. Я тебе весь расклад, а ты меня уголовке сдаешь по минимуму. Так, на пару лет общего режима. Пойдет? Ствол чистый, зуб даю. Меня на мокрухе не поймаешь.

— Договорились. Колись теперь.

— Значит, так, этот бубновый ко мне подошел два дня назад. Видел кое-что на рынке, а чего, я рассказывать не буду. Просек он, кто я такой и какой масти. Подошел и «листиками» передо мной зашуршал. Говорит, не обижу, за помощь отблагодарю. Пачку мне сует и говорит, что аванс это, а за работу еще в три раза больше и еще столько же лично мне. Мне это глаза-то замутило. Кинуть я его решил, понял же, что фраер не нашего огорода. Мы эти деньги в первую же ночь спустили. А утром я вспомнил, и жалко мне стало такой фарт упускать. Он просил хату чистую, на которую уголовка глаз не положила. Переждать ему надо было там. А потом хотел, чтобы мы его втихую из города с грузом вывели. Ну и ствол попросил достать.

— Ствол ты ему сегодня сделал. Что за груз?

— Он не сказал, да и мне это до фонтана. Мы его все равно бы не выпустили из города.

— Что, пришили бы? — спросил один из оперативников.

— Нет, начальник, — криво усмехнулся Пензяк, и от этого шрам на его шее натянулся и покраснел. — На мне крови нет и не будет. Раздели бы и в исподнем в вагон товарный положили бы. Потом бы его через сутки на товарной станции нашли. Там бы ментура разбиралась с ним.