Бомба за пазухой

Тогда и посмотрим, заминировано или нет. Теперь нужно наблюдение. Приметы нужны, тех, кто появится. И не хватать сразу, а следует проследить за ними.

Алексей спустился вниз, когда начало темнеть. Он вернулся в отдел, думая, звонить Бойко или нет. Нет, надо все обдумать, а потом с капитаном обсуждать, вырабатывать план действий. Но время идет, ох, как быстро идет время!

Зазвонил внутренний телефон, и Зыков взял трубку.

— Товарищ старший лейтенант, — прозвучал в динамике голос дежурного. — К вам женщина. Представилась Серегиной. Пропустить?

Нина вошла без стука и остановилась в дверях, серьезно глядя на Зыкова. Она вообще сейчас была какая-то странная. Одета строго, почти по-походному — шерстная плотная юбка, чулки, черные резиновые сапожки, свитер под горло и брезентовая куртка. На хозяйственные работы собралась или за грибами?

— Алексей, вы должны меня выслушать, — твердо сказала Серегина. — Это важно. Только не подумайте, что это женский каприз или психическое заболевание. Я жена офицера. Мой муж погиб в бою за родину, много близких мне людей сложили головы. Я хочу вам помочь. Не отказывайте мне, прошу вас. Я хочу вам помочь найти диверсантов. Дайте мне задание, которое я способна выполнить. Нет, простите, я сказала не то. Я смогу выполнить любое задание, лишь бы добраться до врага!

— И все-таки я боюсь ваших эмоций, — покачал головой оперативник, вспомнив слова своего начальника о том, что месть — плохой советчик и помощник в бою, в работе. — Если вами руководит лишь месть…

— А чем руководствуются солдаты на передовой, летчики в небе, вступая в схватку с вражескими самолетами, которые бомбят наши города, моряки в море, которые выходят в шторм и бьют врага в любую погоду? Чем они руководствуются? — Нина говорила спокойно, рассудительно. — Месть, желание уничтожить врага и освободить свою страну. Это же так просто — защищать свою родину везде, где бы ты ни был. И там, где упал один, на его место должен встать другой.

— Вы так оделись, потому что уже готовы к работе? — Зыков спросил, стараясь, чтобы на его лице не появилось улыбки.

— Конечно, — просто ответила женщина.

— Скажите, Нина, вы умеете наблюдать? Вы сможете заметить, запомнить и назвать приметы человека, если увидите его лишь один раз?

— Знаете, еще до войны я смотрела со стороны на службу своего мужа. На пирсе я видела его с матросами из экипажа. И мы вечерами часто обсуждали его подчиненных, даже офицеров. Я всегда безошибочно определяла по лицам характер человека, его деловые качества, советовала мужу, предупреждала, чего от этого человека можно ждать. В том числе и хорошего. Я неплохой физиономист, если вы об этом. И я очень наблюдательная.

«А что, — вдруг подумал Зыков. — Неплохая команда.