Большой. Злой. Небритый

— Мой «шторм» так… волны, что пускают мальчишки палками! А вот у тебя… Не хочешь объясниться?

— Надюш, я тебя умоляю, вот честно… Знаешь, у меня такое чувство, что я только и делаю, что последние сутки объясняюсь.

— Напортачила много.

Своих позиций я сдавать не собиралась.

— Не много, — она хитро улыбнулась, подняла руку и свела большой палец с указательным. — Чуть-чуть.

— Не подлизывайся.

— Я очень устала. И хочу спать.

— Так спи.

— А ты продолжишь паковать чемоданы?

— Уже.

— Хотя… правильно.

Пауза показалась мне напряжённой.

И немного знакомой.

Сегодня актуально разговаривать в такой манере?

— Уточнишь? Или мне снова продолжить теряться в догадках? Домысливать, что да как.

Рита, продолжая загадочно улыбаться, — я так, кстати, ни фига не умела, — двинулась в мою сторону. Я повела головой.

— Вот почему, скажи мне, пожалуйста, дорогая моя одноутробная сестренка, не успела я вернуться в Москву, как началась непонятная круговерть? Меня пытаются втянуть в историю, к которой я совершенно не причастна! Ты, с которой мы всегда вместе, всегда на одной волне, начинаешь отводить от меня взгляд. И! — тут я тоже уже не могла обойтись без театрального жеста, подняла указательный палец кверху. — Ты собираешься замуж! А мне НИ СЛОВА!

Брови сестры медленно поползли вверх.

— Кто сказал?

— Должна была ты! — я рассерженно стрельнула глазами.

— Я всё расскажу. Всё-всё.

Я прищурилась.

— В чем снова подвох?

— Почему обязательно он должен быть? — она нацепила на лицо ангельское выражение. Сама невинность, черт её задери.

— Потому что ты упомянула про чемоданы.

— От тебя ничего не скроешь.

— Выяснилось, что многое. Итак?

Я ждала ответа.

И дождалась.

Рита, ослепительно улыбаясь, точно мне намеревается сообщить самую важную в её и, наверное, моей жизни вещь, сказала:

— Я тебе обо всем-всем расскажу обязательно. Но не отмахиваясь от комаров у бабушки в деревне, а нежась под лучами ослепительного средиземноморского солнца у бассейна, попивая нереально вкусные коктейли. Мы с тобой едем на Кипр, детка!

Я скрестила руки на груди:

— С какой стати?

— С родственниками будущими будем знакомиться.

— А причем тут я? Хочешь — лети. Я к родителям.

Нет-нет и ещё раз нет!

Добровольно сунуться в логово Адамиди? На его территорию? Да ни за что!

Сердцебиение резко ускорилось, я разволновалась. Отвернулась от Риты и принялась дальше паковать чемоданы.

Планы менять я не собиралась.

Ни к чему хорошему изменения не приведут.

— Надь, мне нужна твоя помощь, — голос сестры изменился, и сердце дрогнуло.

Началось…

В чем проблема близнецов, помимо того, что их периодически путают? Мы прекрасно чувствуем и понимаем друг друга. Иногда без лишних слов. Достаточно интонации, взгляда.