Большой секрет Анаит

Оказалось, все это пряталось в одной конкретной девушке, которая прямо в эту минуту извивалась в его объятиях. Пронзая ее собой, он почувствовал себя королем, императором, правителем вселенной. Сходил с ума от гулявшего по крови тестостерона и концентрированного удовольствия. Заглушал стоны Ани жадными поцелуями. Чуть не задохнулся, дойдя до пика, после которого жизнь никогда не будет прежней.

Когда удовольствие немного схлынуло, взгляд Димы упал на телефон, лежавший на столе неподалеку. Сам его туда бросил некоторое время назад.

Он бездумно потянулся к мобильному, включил камеру и попросил Ани:

— Улыбнись…

Раздался щелчок.

На экране отобразились он и она вместе. Влажные и голые.

Нет, нет, он ни за что не выложит в Сеть фото Ани, нежащейся в его объятиях. Это селфи исключительно для него — как доказательство, что волшебство ему не приснилось. Будет бесконечно им любоваться.

Дима ни за что не унизит Ани тем мерзким способом, как собирался сделать. А еще никуда от нее не уедет. Как можно уехать от любви всей своей жизни?

Глава 21. Падшая женщина

Щелчок фотоаппарата будто привел Анаит в чувство.

Она словно от дурмана очнулась и поразилась тому, с каким упоением еще недавно целовалась с Соболем. И не только целовалась!

Как же стыдно… Страшный позор.

Сама не поняла, как это все с ней случилось. Его ласки были так космически приятны, что оттолкнуть его казалось предательством. Да и вряд ли получилось бы, ведь Соболь гораздо сильнее ее. Но отчего-то она не чувствовала себя в его руках как в ловушке, наоборот — ощущала себя нужной, даже любимой.

Оглянуться не успела, как все случилось. От поцелуев Соболь быстро перешел к делу. Не поняла, как позволила ему в себя проникнуть. Боль оказалась мимолетной и совершенно незначительной по сравнению с тем удовольствием, которое получила взамен.

Но ведь то было запретное удовольствие!

До нее будто только дошло, чему она позволила случиться. Будто забыла все наказы отца, оставила за воротами здравый смысл, запамятовала, что она — честная девушка, которая должна беречь свою невинность пуще всего другого.

Стоп. Это ж она теперь больше не невинная девушка. Это ж она теперь…

— Я падшая женщина! — охнула Анаит, когда Соболь отстранился, дал возможность свести ноги вместе. — Я падшая…

— Чего? — не понял он. — Ты что за ерунду несешь?

Ну конечно, для него это ерунда, он ведь парень.

Анаит замолчала и бросилась разыскивать белье, которое Соболь зашвырнул куда подальше. Он тоже стал одеваться.

— Удали снимок! — потребовала Ани, когда натянула на себя трусы с лифчиком.

Кое-как стерла с бедер кровь салфетками, чудом оказавшимися в сумке, принялась застегивать отданную ей рубашку.

— Ани, если ты думаешь, что я куда-то отправлю это фото, то нет. Это только для меня.