Большой куш

Васильев выключил телевизор, подхватил кейс, вышел, сел в машину, спустился на набережную и через десять минут подъехал к Парамоновским складам. Это были остатки складов известного купца, которые давно пришли в запустение, наполовину разрушились, но, как причисленные к памятникам истории, не подлежали ни сносу, ни реставрации. Они были огорожены забором, обклеенным рекламными плакатами, но Васильев хорошо знал, как туда заходить. Нашел дырку в заборе и проник на заросшую бурьяном, засыпанную битым кирпичом и мусором, дикую территорию."

"Сквозь пролом в метровой стене он проскользнул в полутемное, пахнущее сыростью помещение. Подземные ключи затопили нижнюю часть зданий, превратив их в импровизированный бассейн. В нем купались дети из окрестных домишек, некоторые даже прыгали с высоченных стен, поднимая фонтаны холодных брызг. Шаги раздавались здесь гулко и зловеще, отдаваясь эхом в пропитанных историей стенах.

– Ну, принес?

Впереди маячили две фигуры. Это были Корнилов и Гора. Не исключено, что тут скрытно находились еще речпортовские бойцы.

– Принес.

– Неси сюда, – скомандовал Корнилов.

– Я тебе в прислугу не нанимался, – отрезал оперативник. – Ты соображаешь, с кем разговариваешь?

– Соображаю, – сплюнул Корнилов. – С беспредельщиками разговариваю, с крысами. Крыс прижали, заставили наше добро вернуть, а теперь мы должны еще заплатить за эту услугу! За свое платить?! Нет, мы скорей вас налогом обложим!

– Попробуй, – сказал Васильев и поставил чемодан прямо под ноги, в лужу. – Я принес, ты забирай.

Он сделал несколько шагов назад, прижался спиной к холодной влажной стене, чтобы не подкрались сзади, посмотрел влево, вправо… Вроде бы все было чисто. Но это ничего не значило – в любой момент могли появиться еще пять человек, а может быть, они были здесь и целились в него из темноты или с разрушенной стены. Васильев вытащил «Стечкин», аккуратно поставил предохранитель на автоматический огонь, спрятал за спину. Гора подошел, взял чемодан, вернулся к Корнилову. Они раскрыли его, заглянули. На деньгах лежал листок с написанной суммой.

– А где остальное? – угрожающе спросил Корнилов.

– Не знаю, спрашивайте у того, с кем договаривались. Я только принес.

– Так мы и с тебя спросить можем, – оскалился Корнилов, и Гора тоже недобро заулыбался. Оперативник почувствовал, что это правда. Если его сейчас убьют, то жизнь полицейского станет довеском к недостающей сумме, и такой компромисс примут обе стороны!

– Попробуйте! – Васильев поднял «Стечкин», а левой рукой извлек «ПМ». Черные зрачки стволов выжидающе уставились на бандитов. – Давайте, может, и получится! Но вас я точно положу, и еще человек шесть. А может, и больше!

Оперативник говорил твердо и уверенно, страха в голосе не было.