Большой куш

А Степанов и вовсе был выбит из колеи, и все старания товарища не могли восстановить его настроение.

– В меня он бы стрелять не стал! Он ведь на меня сколько лет работал! Сколько ценной информации принес… И ведь жизнью рисковал… С головой у него, и правда, непорядок. Вот и перекрыло. Но если бы его взяли под государственную защиту, ничего бы этого не было… Да, и если бы я его дома застал, тоже бы живым остался… Он про Надьку спрашивал. Но я ее тоже не видел.

Васильев отставил бокалы и наполнил рюмки.

– Надьку речпортовские забрали. Про Наполеона выспрашивали, а потом отвезли в сауну и на круг поставили… Районщики как раз рейд проводили и их накрыли, там человек десять было… Только она показания давать отказалась.

– Ну, отказалась, и хрен с ней. Цела?

– Да. Пару синяков поставили, и все.

– А остальное смоет. Давай!"

"Они чокнулись. Степанов был в новом костюме, с новым «Ролексом» за триста тысяч. Он изменил стиль одежды, и однажды в воскресенье напарник увидел его возле зоопарка в кремовом летнем костюме, тончайшей шведке с красным галстуком и в красных туфлях. Точно в таком наряде некогда щеголял Иван. Бэтмэн покупал билет, а Алена держала его под руку и что-то весело щебетала. На службу, конечно, он так не ходил, да и дома в столь ярком прикиде не показывался – переодевался у Алены. Но шляпу носить перестал – сказал, что это глупо. А Васильев продолжал из принципа. И сейчас на вешалке висела только одна шляпа.

В углу, под потолком работал плоский телевизор. Как всегда, показывали отвратительную рекламу, никак не способствующую аппетиту: ноги с грибком, унитазных бактерий, женские прокладки, быстро впитывающие влагу. Хорошо, хоть эта влага была синего цвета, а не того, который подразумевался.

– Смотри, про нашего Синеватого, – засмеялся Васильев, но напарник юмора не понял. Он посмотрел на свои шикарные часы. Ждет кого-то?

– Ты УСБ[14] не боишься? Зачем глаза рвешь обновками?

– Мне уже надоело всех бояться! Начальников, бандюков, жену, уэсбэшников… Шлепнуть меня могут в любой момент, как и тебя, кстати. А ты почему-то денег не тратишь? Боишься? А если не успеешь? Хвост, Корнилов, узбеки, кто там еще? Небось, целая очередь стоит за твоей жизнью!

– Да нет, не боюсь… Просто… У меня уже десять лет эта «Сейко». Идет секунда в секунду, если положить надолго – заснет, а проснется – сама выставит время, дату и все остальное. Мне ее и менять не хочется. А костюм я же недавно купил, когда старый прострелили. Да и он, кстати, не старый был. Машину действительно хочу поменять, но не сразу. А вот…

Реклама закончилась.

– А сейчас программа «Самородки из народа», – объявил ведущий. – Выступает поэт Николай Минеев.