Большой куш нищей герцогини

– Вариантов? – уточнил дедуля. – Уже сказал, сто сорок восемь.

– Нам просто белый нужен, – пролепетала я.

– Ну, мы же не во времена монголо-татарского ига живем, – засмеялся мастер, – теперь оттенков белого много.

– Чем арктический отличается от антарктического? – полюбопытствовала Краузе.

– Неужели не видите? – изумился дедок. – Первый с голубинкой, второй с зеленцой. На второй странице московский, питерский. Гламурный, металлургический, жасминовый. Рассказываю о каждом. Один с розовинкой. Другой грязновато-серый, третий с блестками, четвертый, как питерский, но почернее. Жасминовый, как антарктический, но аромат! Закачаешься, упадешь и не встанешь. Если вешаете в санузле, к жасминовому идет подарок – туалетная бумага с тем же запахом.

– Хозяйка, – позвал меня похожий на двухметровый гвоздь парень, – оно понятно, что каталог посмотреть надо. Но я тоже тут. Здрассти. Леша, мастер по ремонту кофейных машин международного класса.

– Добрый день, Евлампия, можете звать меня Лампой, – привычно представилась я, – извините, что сразу не обратила на вас внимания. А вы чините только аппараты международного класса? У нас обычный.

– Надо выбрать рулонку, – заныл дедушка.

– А я хочу узнать насчет ремонта, – парировал Леша, – я исправлю что угодно. Это я про себя сказал, мастер международного класса.

– У меня еще заказы есть, – не сдался дедуля.

– И у меня, – не дрогнул Алексей.

Я улыбнулась.

– Простите, как вас зовут?

– Леша, – повторил парень.

– Да, да, ваше имя я запомнила, – защебетала я, – а вот с вашим коллегой пока не познакомилась.

– Я не калека! – закричал старичок.

– Конечно, нет, я сказала «коллега», – уточнила я.

– Не калека я, – завопил дедок.

– Кол-лега! – что есть силы прокричали мы с Краузе.

– Товарищи, – перевела Киса.

Старик уставился на девочку.

– Кто с кем дружит?

Кисуля затараторила:

– Вы работаете у нас, и он работает у нас. Значит, вы товарищи.

– Гусь свинье не товарищ, – отрезал дедуля.

– Кто свинья? – заморгал Леша. – Я?

Мне стало понятно, что пенсионер глуховат, поэтому я обрадовалась тихому голосу Алексея и решила уладить дело миром.

– Роза Леопольдовна, Киса, выбирайте рулонку! Леша, какой у вас вопрос?

– В машине долбанулся штуцер, – ответил парень, – створожился редуктор, не квакает хомут.

Я втянула голову в плечи.

– В приборе что-то должно квакать? До сих пор не слышала таких звуков. Нам продали дефектную машину?

Леша пару секунд молча и с нескрываемой жалостью во взоре смотрел на меня.