Большой куш нищей герцогини

Ну вот! Зря надеялась рассмотреть посетителя. И вдруг вспыхнули фонари. Перед моими глазами появились две темные фигуры. В одной, на которой была лишь короткая душегрейка, сразу узнала Татьяну. Половая принадлежность второй осталась загадкой: вроде черный или темно-синий пуховик с капюшоном, брюки, угги. Не понятно кто стоял спиной к окну. Неопознанная личность открыла дверь джипа, который был запаркован во дворе. Через пару минут машина уехала. И лишь тогда я сообразила, что могла сделать фото.

Глава 12

– Вот пакостная баба! – вскипел Володя. – Чем она тебя опоила?

Я развела руками.

– Хороший вопрос. Добрая хозяюшка поинтересовалась, какой вид напитка я предпочитаю. Я хотела ей понравиться, поэтому ответила: «Любой». Бабуля захлопотала над чайником, пообещала свой фирменный чаек. Начала колдовать с банками. Из одной щепотку, из другой ложечку. На вид ничего опасного, трава сушеная.

Захар потер глаза.

– Эхе-хе. Недооценивает наш народ силу листочков-лепесточков, а зря. Большая химия сравнительно недавно появилась. В прежние времена народ лечился тем, что росло в лесу, в поле, на огороде. Весьма успешно, кстати. Русские крестьяне, если кто-то падал в кровать и горел в жару, брали кусок хлеба, на котором выросла зеленая пушистая плесень, и кормили им недужного. До открытия в тысяча девятьсот двадцать восьмом году пенициллина оставались столетия. Прапрапрадед и бабка Александра Флеминга, который догадался, что из плесени можно получить лекарство, еще и на свет не появились, а русские селяне уже знали о действии «зеленого» хлебушка.

– Остановись, Рамкин, – скомандовал Костин. – Лампуша, она на твоих глазах зелье заварила, а ты и не поняла.

– Вообще не сообразила, – призналась я, – решила, что она чаек хочет повкусней намешать. Хорошо хоть не успела всю чашку выпить. Хозяйка добавила в заварку анис, а я его терпеть не могу. Сделала глоток, второй. Фуу!!! Татьяна спрашивает:

– Ну? Как? Нравится?

Я соврала, что прямо восторг. Она обрадовалась, потом спохватилась.

– Лимон! Совсем забыла. Сейчас принесу.

И убежала. Я же быстро выплеснула остатки пойла в окошко. Оно у Татьяны, несмотря на плохую погоду, приоткрыто было. Я сделала всего два глотка, но их хватило, чтобы заснуть.

– Не стоит пить чай везде, где предлагают, – подвел итог Костин.

Я повернулась к Захару.

– Надо было предупредить меня, что Питирима травница.

Компьютерщик смутился.

– Увидел, сколько ей лет, и не стал о бабке подробности читать.

– Почему? – удивилась я.

Рамкин пригладил ладонью волосы на макушке.

– Ну… старая она. В таком возрасте люди уже… того… голова у них не соображает.