Большой Босс для Малинки

– Мне достаточно, что ты рядом.

- Ох, это точно! Боюсь, в ближайшее лет тридцать, а то и сорок ты от меня не отделаешься.

- Знаешь, это прозвучало одновременно как угроза и как обещание, – сказала Даша, поднимая голову и отклоняясь назад, чтобы видеть моё лицо.

Нежно стёр новые слёзы с ее красивых глаз, обвёл большим пальцем контур ее мягких и припухлых губ.

- Я обещаю, – повторил я, уже накрывая ее рот своим.

Я мог пить этот сладкий нектар вечно. Ее губы, ее кожа, даже её запах были потрясающе сладкими, будто она пропитана чем-то сахарным и фруктовым. Наверное, я просто схожу с ума, так сказать, шизофрения в расцвете сил.

Мы так и уснули, не расцепляя наших конечностей. Я лишь притянул голову девушки к себе на грудь, так как Малинка призналась, что звук моего сердцебиения её успокаивает. Не стал тогда комментировать это признание, лишь усмехнулся. Это сердце было целиком её, за исключением части для дочери и маленького кусочка для воспоминаний.

***

Проснувшись утром, долго лежал, боясь пошевелиться. Я просто тихо наслаждался покоем внутри себя, несмотря на все ночные переживания. Так что старался размеренно дышать и любовался своей спящей ягодкой. Эта буйная головушка покоилась в сгибе моей руки, так что маленький носик и дыхание щекотали кожу, а ее рука и нога были по-хозяйски заброшены поверх меня. Она даже во сне боялась, что я уйду. Глупая моя, можно подумать, что на свете есть силы, заставившие меня её оставить!"

"Хотя с таким признанием я погорячился! Есть одна сила, которая способна даже весь дом сдвинуть. Моя любимая доченька определенно скоро встанет, и тогда начнётся побудка всех обителей нашего скромного жилища. Её утро начинается с посещения комнаты Даши, а потом моей. Очередность меняется, если малышка спала с девушкой. Это был теперь Дашин хвостик, только самостоятельный и очень говорливый. Мой рассказ о смерти её любимой няни Поли поверг ребёнка в недоумение, сменяющееся слезами, но стоило в комнату войти Малинке, как ребёнок умчался к ней. Ульяшка, устроившись на коленях девушки и обнимая за талию, пересказывала ужасную историю, смахивая слёзы. Получив поддержку и обещание, что сегодня она будет спать с Дашей и ей весь вечер можно носить Матильду в своём кармане, ребёнок грустно, но улыбнулся. На следующий день она встала обычной девочкой: шумной, требовательной и веселой. Иногда мне казалось, что Дашка и её белка сказочные персонажи, фея и её помощница- зверюшка. И если мне это только казалось, то Уля «по большому секрету» сказала, что Даша ее ангел. Я естественно согласился и обещал всё держать в тайне.

Стоило мне попытаться вытащить руку, как зелёные глаза открылись. Мы молча смотрели друг на друга. Я видел, как она просыпается, а её взгляд наполняется осознанностью и смущением.