На перекрестке больших дорог

Круг рыцарей раздвинулся, и человек по имени Тристан Эрмит, занимавший скромный пост оруженосца коннетабля, прошел вперед. Чем ближе он подходил, тем более пристально вглядывалась в него молодая женщина. Это был тридцатилетний фламандец, блондин с голубыми глазами, холодным взглядом и малоподвижным лицом. Катрин не приходилось видеть подобного выражения лица; даже не лица, а неподвижной маски. Тяжелое, заурядное лицо, на котором полная непроницаемость соседствовала с некой величественностью. Он стал на колено перед королевой, ожидая разрешения продолжать.

Ришмон вопросительно взглянул на королеву и сказал:

– Королева разрешает тебе продолжать! Что ты хочешь сказать?

– Следующее: главного камергера нельзя прикончить вне стен крепости, поскольку он никуда не выходит. Значит, надо убить его в помещении, а именно в одной из королевских резиденций, потому что он превратил их в свои и прячется там за спиной гарнизона!

– Мы только что говорили об этом, – сказал Жан де Бюэй, нахмурив брови. – Это невозможно!

– Это невозможно в Амбуазе, – продолжил Тристан Эрмит без смущения. – Потому что комендант крепости – его человек, но это станет возможным там, где комендант будет заодно с нами. Например, в Шиноне, где комендант мессир Рауль де Гокур тайно присоединился к мессиру коннетаблю и ему абсолютно предан.

Дрожь пробежала по спине Катрин. Рауль де Гокур! Бывший комендант Орлеана, человек, который подверг ее пыткам и приговорил к повешению! Он ненавидел Жанну д'Арк и тайно сражался против нее. Что же сделал ему Ла Тремуй, если он так неожиданно перебросился в другой лагерь? Но уже Ришмон своим грубым голосом отвечал своему оруженосцу:

– Действительно, у нас будет шанс, если заманить Ла Тремуя и, разумеется, короля в Шинон. Но главный камергер не любит Шинон. Тень Девственницы слишком жива там, и городские жители сохранили в своих сердцах память о ней. Король слишком легко поддается влиянию. Ла Тремуй боится, что он услышит эхо голоса Жанны в Большом зале. Он не знает, что Гокур перешел на нашу сторону, но он никогда не согласится привезти короля в Шинон!

– И все-таки нужно, чтобы он его привез, – воскликнула Катрин. – Разве нет никого, кто мог бы повлиять на него? Речь идет только о сентиментальной боязни, которую можно перебороть. Каждый человек, по-моему, имеет какую-то слабость, и ее нужно использовать. Какая слабость есть у главного камергера?

На этот раз ответил Амбруаз де Лоре, рыжий анжевенец мрачного вида.

– У него их две: золото и женщины! – сказал он. – Его алчность сравнима с его ненасытным стремлением к женским ласкам. И если найдется красивая женщина, способная свести его с ума, он, возможно, пойдет на рискованные действия.