Большие Песцовые радости

— Ян, у меня тоже плавок для бассейна нет, купаться не буду. Я больше за пожрать. Жареное мясо, холодное пиво…

— Почти ящик в холодильнике при бассейне стоит, — обрадовал я его.

— Да надоели вы со своим пивом, — влезла Уфимцева. — Хорошо хоть Бизунова не будет, он как налакается, не знаешь, что делать: то ли в полицию звонить, то ли целителям, то ли сразу мозгоправам.

— Ему просто пить нельзя, — вступился за друга Юричев. — Так-то он нормальный.

Уфимцева на это высказывание скептически хмыкнула и продолжила:

— У Илюши прошлый раз такие компотики были, что с ними никакое пиво не сравнится.

— Компотики тоже будут, — обрадовал я и ее.

— У-и-и! — радостно завопила Уфимцева и опять запрыгала на месте, как мячик. Бизунов, успевший от нас прилично отойти, обернулся и посмотрел с завистью. Наверное, тоже хотел попрыгать, но застеснялся. Фурсова на него и внимания не обращала. Да и посматривал в его сторону только Юричев, да и тот не стремился составить компанию другу.

В этот раз скрыться от журналистов, караулящих у Философского Камня, не удалось, нам пришлось двигаться под градом вопросов, летящих со стороны акул пера, бросающихся наперерез безо всякой боязни, поскольку я был не в машине, а на своих двоих. Игнорировать их было сложно. Мацийовская и Уфимцева повисли на мне, как на спасательном круге, и так же судорожно за меня хватались, словно боясь утонуть в потоке слов. Я их буксировал, делая вид, что журналистов в упор не вижу и не слышу, и изо всех сил сдерживаясь, чтобы не взорваться. Греков неоднократно предупреждал, чтобы не велся. Мол, это производит плохое впечатление.

Отвалились журналисты сразу, как мы прошли через проходную. Мацийовская выдохнула и покрутила головой:

— Вот же ужас. Илья, как ты это выносишь?

— Если честно, Яночка, то с трудом. Стараюсь выбираться так, чтобы с ними вообще не пересекаться. Хорошо еще, что они в сам поселок проникнуть не могут.

— Ужас ужасный, — поддержала ее Уфимцева. — Я бы сдохла за пару дней такой осады.

— Илюша так быстро не сдается, — заявила подошедшая Фурсова, которой так же удалось отбиться от навязчивых репортеров.

А вот мужская часть группы немного подзадержалась, а Юричев даже ответил на пару вопросов, потом спохватился, замолчал, и они сплоченной группой прорвались к нам.

— Ты чего разболтался? — накинулась на него Мацийовская. — Зря, что ли, предупреждали, что про Илью журналюгам ни слова?

— Он ничего такого не сказал, — вступился за него Темников. — Только то, что Илья — компанейский парень и мы собираемся отметить его признание наследником Шелагиных.

— Вот переиначат его слова, узнаешь, что он сказал что-то другое.