Большие планы маэстрины

Колода отличалась от земной, игры тоже. Но легкую игру, вроде перекидного дурака, я освоила быстро.

Но гораздо чаще мы с Артуром просто разговаривали. Он таки уговорил меня поделиться чем-то о своей настоящей жизни. О моем мире. Я рассказывала о Земле, о нашем быте, о том, как все устроено. Иногда зарисовывала в тетрадке некие привычные мне вещи, чтобы легче было их представить. Все рисунки я, кстати, после этого сжигала. Не хотела, чтобы случайно их увидел кто-то другой. Беседовали мы всегда в коконе тишины, чтобы нас никто не слышал. Поэтому внешне все было пристойно, а темы разговоров оставались тайной.

И я всегда сидела лицом к двери, чтобы видеть проходящих. Но при этом никто не мог заметить выражение лица месье ректора. А он таки плыл, взгляды его частенько становились чересчур заинтересованными, так же как и руки слишком шаловливыми. Так и норовили прикоснуться ко мне, якобы помогая поставить посуду или разлить чай по чашкам.

Но границ Артур никогда не переходил. Ни разу не дал мне повода рассердиться навязчивостью или неприятными поползновениями. Аристократы — такие аристократы…"

"Иногда к нам присоединялся кто-то из скучающих преподавателей. В основном, если мы играли в карты. Останавливались у порога и спрашивали, нельзя ли составить нам компанию? Я не отказывала, наоборот, считала, что так лучше. Меньше урона для моей репутации. Хотя Артур всегда ужасно расстраивался. Мелькало у него в глазах разочарование, хотя мимику он держал безукоризненно. Его спасало то, что к визитерам он располагался спиной и всегда успевал вернуть на лицо обычное выражение, прежде чем повернуться к ним с вежливой улыбкой.

В один из дней я столкнулась в главном корпусе с двумя незнакомцами. Судя по выправке, люди, имеющие отношение к воинской службе, к тому же маги. Наверное, боевики. Причем один из них меня явно узнал, вытаращился, словно призрака увидел. Перевел ошарашенный взгляд на Софи, которую я несла на руках, так как мне всего-то нужно было пройти несколько метров до соседнего кабинета, а оставить малышку одну я не могла даже на несколько минут.

— Мадам, — совладав с эмоциями, поклонился мне месье. Симпатичный, лет тридцати, с серьезным строгим лицом.

— Мы знакомы? — притормозила я и чуть склонила голову в приветствии.

— Н-нет… — неуверенно произнес он и переглянулся со своим спутником. — Просто не ожидал увидеть здесь такую очаровательную девочку. Это ведь девочка, да? — Он снова склонил голову, но уже перед Софи и улыбнулся ей.

Ну, сложно заподозрить мальчика в семимесячном бутузе, одетом в бархатный розовый комбинезончик и с розовой повязкой, украшенной милым цветочком, на голове.