Большие люди

Но, увидев содержимое и сразу догадавшись, что это — расхохоталась. Заглянувший вслед за ней в коробку Гриша присоединился к ней. А потом она все-таки достала подарок — ярко-голубую пушистую меховую оплетку для руля.

— Жорка в своем репертуаре, — посмеивается Гриша.

— А тут еще записка прикреплена, — Люся разворачивает небольшую открытку и, прочитав, снова хохочет. А потом протягивает ее Григорию.

Девочке с голубыми волосами — от голубого мальчика.

— Все-таки мало я его в детстве порол, — ворчит Гриша. — Люсь, смотри, а там еще что-то, внизу.

А на дне коробки обнаружилась еще пара меховых наушников — мягкий серо-коричневый кроличий мех и снова записка: ""А это — от Гришки. Раз уж ты все равно не носишь шапки!"".

— На самом деле это не от меня, — Гриша достает из коробки наушники. — Это все Гошкины идеи. Примеришь?

— Угу. Пойду к зеркалу.

Наушники сидят на голове хорошо, плотно. И на ощупь приятно. И цвет хороший. Подарок Люсе определенно нравится.

— Ты неровно одела. Дай, поправлю, — Гриша встает у нее за спиной, в зеркале отражаются они оба.

У нее такие волосы, что даже в пальцах покалывает. От желания потрогать их, погладить, запустить в них руки, проверить, такие ли они, как ему думается — гладкие, тяжелые. И — нет. Он не удержится, знает это. И, поправив меховой наушник, пальцы скользят по каштановому водопаду. Да, именно такие. Он даже глаза прикрывает от удовольствия, пропуская шелковые пряди между пальцев. Вдыхает запах. От ее волос пахнет чем-то свежим, будто цитрусовыми — лимоном или апельсином. Хочется зарыться в волосы лицом и вдыхать этот запах. А потом он все-таки открывает глаза. И встречается с ее взглядом, отраженным в зеркале. Они смотрят в зеркало оба, но каждый не в свои глаза.

Ему нравится, как они выглядят рядом. Ему нравятся, какие на ощупь ее волосы и как они пахнут. А еще ему смертельно хочется взять ее за плечи, повернуть к себе и… И ничего этого он не сделает. Потому что он взрослый мужик и это неправильно. Нечестно. И он не имеет права.

_______________

Люся как-то резко засобиралась домой, а он не стал ее отговаривать. Потому что устал бороться с собой.

И снова Гриша провожает ее до такси, и снова краткий кивок на прощание, ежась в одной рубашке на зимнем ветру. Только вот она в машине тихо плачет.

Она ему нравится… Да если бы! Нравится, но как-то не так! Если уж он так и не… А ведь она готова была! На многое готова. ""Если не на все"", — услужливо подсказывает ей подсознание, злорадно припоминая то, во что упаковано ее тело под одеждой. К черту! Не наденет она больше это! Толстым коровам не положено.

________________

— Так, я не понял, — Гоша проходит в квартиру. — По моим расчетам, ты к этому времени должен быть потрепанный, весь в засосах, но довольный аки кот, слизавший хозяйскую сметану.