Большие люди

— Люся, это ненормально! — он раздраженно откидывается в крессе.

— Что поделаешь…

Он не знает, что с этим можно сделать. Но невозможность с ней видеться раздражает ужасно!

— Тогда до субботы?

— Да, наверное.

______________

Они ужинают дома, но разговор за столом быстро отбивает аппетит.

— Я никуда не уйду из дому, даже и не проси! Нечего устраивать из моей квартиры дом свиданий!

— Жорка, но что ты как маленький… — удивительно, но в голосе старшего звучат то ли примирительные, а то и вовсе просящие интонации.

— Это кто из нас маленький?! Мне кажется, кое у кого начался старческий маразм уже. И впадение в детство.

— Чего?!

— Свидерский! — младший, кажется, не на шутку рассержен. — Ты в паспорт и в зеркало давно смотрел?

— Какой-то странный вопрос. К чему он? — Гриша раздражен, но пытается не выказывать этого.

— К тому, что ты не мальчик давно уже. А время-то идет!

— И что?

— Да ну тебя! — машет рукой Георгий. — Ты безнадежен.

______________

Ужин в ресторане удался за одним ""но"". Логического продолжения вечера не предвиделось. А Люся была так невозможно хороша в трикотажном платье, мягко облегавшем все то, что он уже успел достаточно близко изучить. Настолько близко, что мог отчетливо представить, что там, под этим мягким сиреневым трикотажем. Представлять — и только. Чертов Гошка!

______________

— Лютик, за тобой во сколько заехать?

— Гриш, я не могу.

— Что значит — не могу?! — он реально уже начинает ненавидеть эти ""нет"", ""не могу"", ""у меня не получится"".

— У меня тут дома лазарет. Всех вирус скосил, а у бабушки еще и давление. Я одна на ногах, и то — только на таблетках. Я не могу их оставить, понимаешь? Бабуля даже встать не может, да и мама очень слабая.

— Ясно. У нас тоже многие в офисе болеют. Вирус какой-то очень пакостный.

— Оно и понятно. Потеплело, дело к весне. Вот вирусы и оттаяли.

— Может быть, помощь какая-то нужна? Привезти что-то? Лекарства?

— Знаешь… — тон ее нерешительный. — Если не сложно…

— Говори, что нужно.

___________

Вот теперь он у нее в гостях. Маленькая прихожая, дверь в комнату закрыта. У Люси вид совсем измученный. Сразу понятно становится, что ей вот в данный момент не до поцелуев и прочих нежностей.

— Спасибо, Гриш, — забирает у него пакет из аптеки. — А то я даже выйти из дому боюсь. Да и слабость у самой тоже…

— Ты лечишься? — строго.

— Да.

— Точно? — он делает шаг к ней.

— Нет-нет, Гриша, не подходи! И вообще — езжай домой. Мы заразные, заболеешь еще.

— Я не болею!

— Все болеют, Гриш. Правда, езжай. Спасибо за лекарства.

— Ты в понедельник на работу собралась?!

— Как будто у меня есть выбор, — Люся вздыхает. — У меня же люди записаны…

— А Людмила Пахомова — не человек?!

— Я к понедельнику оклемаюсь.

— Люся, это не дело!

— Все будет в порядке, не переживай.