Больше не люблю тебя, жена

Что мешает их матери каждый день купать своих спиногрызов и хотя бы давать им чистую одежду?

Торможу у здания и смотрю на чужие окна. На часах девять вечера. Блокирую двери авто и нажимаю на звонок домофона. Дверь открывается моментально. Поднимаюсь на нужный этаж.

— Привет, — встречает меня Альбина. Волосы влажные, а вот макияж на месте. Красивая. Выглядит притягательно и сексуально. — Я заждалась.

— Здравствуй, Аля.

— Заходи, не стой там. Обещаю, скучно тебе не будет, — шепчет она.

Проводит пальцем по плечу. Сжав воротник рубашки, тянет в квартиру. Пахнет от нее приятно. Мне нравится.

— Покажу тебе, на что я способна.

— Покажи, Аля. Покажи.

Глава 2

Александра

— Все написал?

Мальчишка кивает, впихивая тетрадь в старую тряпичную сумку вместо портфеля. Говорит, что и в прошлом году ходил с ней в школу.

— Да. Спасибо вам, учительница.

И этот блеск в его глазах, восхищение… Для меня как самая большая благодарность.

Слышу дверной звонок — пришла мама мальчишек. Открываю и вижу ее заплаканные глаза.

— Что случилось? — интересуюсь аккуратно. — Ангелина?!

— Мы отнимаем ваше время, я знаю. В школу они больше… не пойдут.

Поджимаю губы и до боли в зубах сжимаю челюсти. Мать года, черт возьми!

Мальчики идут к лифту, а я пытаюсь удержать под контролем эмоции, которые готовы вырваться наружу и ураганом снести все на своем пути.

— Ангелина, — выдыхаю, пытаясь до нее достучаться. — Ты — мать. Хорошая мать, которая работает ради своих детей, чтобы они не оставались голодными. Ты платишь за жилье, в котором вы живете, ты… Да господи, разведись ты с ним! Он же вас уничтожает! Хочешь, чтобы твои дети тоже страдали, как ты? Чтобы даже нормальную работу не смогли найти? Они же десять плюс десять с трудом складывают!

— У нас так не принято, — качает головой она. — Братья потом меня убьют!"

"— Так пусть братья помогают вам хотя бы финансово. Пусть хотя бы твоего недомужика поставят на место, раз…

— У нас нельзя перечить мужу, Александра. Не принято.

— Ну и ладно. — Я зло усмехаюсь. Ощущение, будто разговариваю со стеной. — Вам решать, конечно… Ангелина, я три раза занималась с вашими детьми. Хотела бы, конечно, больше, но к сожалению, это невозможно. Мне больно видеть их с разбитыми губами или синяками. Мне сказали, что на днях ваши соседи вызвали полицию, когда он вас бил, но вы… Вы встали на его сторону и не написали заявление. Не знаю, до каких пор вы будете терпеть этот ужас, но с меня достаточно. Раз вам хорошо…

— Я просто… Мне страшно! Как вы не понимаете!

— Государство вам поможет, Ангелина! Некого вам бояться! Ваш муж окончательно свихнулся!

— Я… Я подумаю. — Она тяжело сглатывает, опуская глаза. Значит, врет.

Киваю.