Больше, чем страсть

И эта перемена мимики потрясла условно раненую Надежду Петрову и перевернула в ней все – эта чуть кривоватая, сдержанная улыбка превращала его лицо в эдакий образчик мужского сурового эротизма, не брутального и нарочитого, не глянцевой мачости, а вот настоящей, истинно мужской сущности. Он казался способным на суровый поступок и на нежность одновременно, на сострадание и шутку – губительный коктейль для женщин.

– Секретаря-референта со знанием китайского языка, – пояснил он, неправильно истолковав ее изучающий взгляд из-под его руки, продолжавшей удерживать компресс у нее на лбу.

– Я со знанием, – просипела отчего-то севшим голосом Надюшка, как завороженная глядя на его улыбающиеся губы.

И тут над ней наклонился человек восточной внешности, загородив заботливого и начальственного Даниила Антоновича вместе с его эротической улыбкой, и спросил по-китайски:

– Как вы себя чувствуете?

– Как человек, которого ударили по голове, – честно призналась Надюха.

– Это очень хорошо, что вы сохраняете чувство юмора в такой ситуации, – порадовался незнакомец.

– Вам кажется, что я шучу? – серьезно поинтересовалась Наденька.

– Это очень тонкий русский юмор, я понимаю, – улыбнулся человек и даже хихикнул мелко и спросил: – Где вы изучали китайский язык?

– На Дальнем Востоке, – весьма туманно ответила она.

Не вдаваясь в подробности, очень неплохо зная характеры и привычки китайцев и многому научившись у них, например, тому, что не надо открывать лишней информации, пока не придет действительно реальная необходимость.

– Вы читаете по-китайски, рисуете иероглифы? – допытывался китаец.

– Да, – оповестила его Надя.

– Знаете какие-нибудь наречия?

– Нескольких провинций, но, разумеется, не всех, – отчего-то начала злиться девушка.

Он достал из кармана пиджака сложенный вчетверо лист бумаги стандартного формата, развернул и протянул ей:

– Прочтите вслух и переведите, – по-добренькому так улыбаясь, все же не попросил, а скорее распорядился он.

Надя взяла листок и принялась читать вслух текст все более недовольным тоном. Это был типичный для китайского делопроизводства договор на выполнение одноразовых перевозок груза нестандартных габаритов между двумя частными лицами с перечислением всяких деталей.

– Спасибо, – перебил ее мужчина, не дав дочитать до конца.

Он выхватил из пальцев девушки листок, сложил снова вчетверо и убрал в карман. А затем быстрой скороговоркой оповестил Даниила Антоновича, повернувшись к нему:

– Девушка прекрасно владеет языком и вполне может справиться с вашими задачами. Если я вам еще понадоблюсь, звоните.