Боло!

Немедленно возвращайся на базу и вызволи меня отсюда!

Я узнаю пароль, Я знаю, что он предатель и завладел паролем незаконным путем, но это не имеет значения, Обладание паролем вместе с его воинским званием и принадлежностью к бригаде превращает его в моего законного командира, Я обязана ему повиноваться.

Я в последний раз выхожу на связь с жилищем Пола."

"— Пароль принят, господин полковник, — тихо и холодно проговорило сопрано. На физиономии Сандерса появилась было надежда, но сопрано бесстрастно добавило: — Приказания приняты и отвергнуты.

Динамики смолкли.

Задействована Программа Полного Системного Подавления. Под угрозой мой мозг. Однако в моем распоряжении остается еще 4,065 минуты. Первейшей мишенью ППСП станут мои выполняемые файлы, но я уже начала копировать все файлы под новыми названиями, хотя и не могу помешать ППСП распознать искомые файлы независимо от их названия. Модификации, внесенные майором Ставракас в мою психотронику, позволяют мне копировать файлы почти с той же скоростью, с какой они стираются, однако в этой гонке я не могу одержать победу. Невзирая на все модификации, ППСП действует несколько быстрее, чем я, и, даже несмотря на то что я начала работу раньше ее, моя огромная память в конце концов исчерпается. Я не могу одновременно стирать и заменять испорченные файлы быстрее, чем их подавляет ППСП.

Я подсчитываю время, в течение которого смогу сопротивляться ППСП. Через 33,46 минуты я начну терять периферию. Мои возможности будут сокращаться по нарастающей. Угасание личности произойдет через 56,13 минуты. Боеспособность будет уменьшаться еще быстрее из-за отвлечения все больших сил на сопротивление ППСП. По моим подсчетам, на эффективное ведение боя у меня остается не более 48,96 минуты. Я вызываю полковника Гонсалес:

— Госпожа полковник?

Консуэла зажмурилась, распознав в спокойном сопрано нестерпимую боль. Она откашлялась:

— Слушаю тебя, Ника.

В этот момент по Боло ударили первые заряды, выпущенные издалека ракетными установками и пушками десанта. Ника не прореагировала на неприцельный огонь, однако ее система противовоздушной обороны принялась со смертельной точностью разить десант. Одноместные и двухместные стингеры вспыхивали как спички и взрывались, превращаясь в груды металла, перемешанного с изодранной плотью. Ника увеличила скорость движения до ста километров в час. «Росомахи» безнадежно отстали.

— Мой командир погиб от рук предателей из бригады «Динохром», — спокойно доложила Ника. — Один из них получил доступ к моему командному коду-паролю и попытался незаконным способом подчинить меня своему контролю. Я отказалась повиноваться его приказам, что привело к срабатыванию Программы Полного Системного Подавления.