Больно только в первый раз

И чувство потери, через которое меня пропустило, очень живое и настоящее. Оно ни хрена не выдумка.

— Обними меня.

Требует. Улыбается. Плачет.

— Я позвонила твоей матери, — чеканит она. — Нехорошо, да, ну и что! Я у нее спросила, где ты живешь. Вот такая я дрянь… Она разволновалась немного. Будешь ругать?

— Не до этого.

— Я бы опять это сделала. Так хотела тебя увидеть. Хочешь — отругай, — она вскидывает на меня глаза. — Я сопротивляться не буду.

— Ты не маленькая. Сама себя отругай.

Она в сторону смотрит. Губы поджимает.

Неприятно, знаю.

— Я боялась, что ты трубку не возьмешь, — говорит она. — Поэтому не позвонила…

Она сгребает пальцами толстовку у меня на груди. Дышит громко. Смотрит снова упрямо.

— Поцелуй меня, — просит Динара.

Продолжая сжимать челюсть, я опускаю взгляд на ее губы…

Глава 31

Расул

Пассажиры московского поезда сносят меня встречным потоком к тому моменту, как я выбегаю на перрон.

— Извините…

Рашид, отец Дениса, отдал мне свою машину на сегодня, но задержался по делам, из-за этого я выехал из дома на десять минут позже.

Я в некотором роде привык зависеть от обстоятельств в этом своем круизе, но лишь потому, что питает понимание — это временно. Но сейчас, когда настроение у меня и без того с утра дерьмовое, возникшие неудобства вдвойне раздражают.

Пробираясь сквозь толпу, всматриваюсь в лица и тут же цепляюсь взглядом за знакомое.

Я вижу Полину прямо по курсу. Она идет навстречу в поредевшем потоке, и я притормаживаю. Она тоже меня видит. Улыбается и прибавляет скорости.

Моя кровь по старинке готова поменять направление с севера на юг. Этому тумблеру не дает переключиться только то, что я вышел из дома с четким пониманием, что должен делать.

Я должен все расставить на свои места. И хоть понимаю, что в данной ситуации существует только один возможный вариант, мое раздражение на пределе.

Чтобы его сдержать, я стискиваю зубы. Разделить настроение Полины я не в состоянии, но ей это и не нужно. Она сегодня работает за двоих, а я… просто наблюдаю…

— Привет… — Отпустив ручку чемодана, она обвивает руками мою шею.

Я вынужден обнять ее в ответ. Ее губы прижимаются к моим. Я мог бы сказать, что вынужден целовать ее в ответ, но это не так: выдыхая через нос со свистом, я кайфую от ее губ. Мороз не позволяет нашему поцелую сильно разогнаться. Это даже хорошо. Я заглядываю в горящие карие глаза. Они слегка сонные, но на общем фоне настроения Полины это никак не отражается. Он вся вибрирует в моих руках. Улыбается. Светится. От нее пахнет потрясающе.

— Я хочу экспресс-пиццу! — объявляет она быстро. — И в горячий душ. Вдвоем… — шепчет Полина. — Поехали в гостиницу…

Ее губы снова на моих. Она тянет к себе мою голову.