Больно не будет

Мужской поступок, по-твоему? И ради чего все это? Тебе она не нужна, поиграешь и бросишь, как всегда делаешь. А для меня она значит — все. Я по-хорошему тебя прошу, пока не стало хуже, отвали. Оставь нас в покое. Я ее увезу, и все забудется.

— Это не соревнования. Катя — девушка взрослая, выбор свой сделала сама, без давления. Смирись с тем, что он не в твою пользу. Я сейчас не буду никак реагировать на твои слова, потому что понимаю — ты в трансе. Но повторяю второй раз, и третьего не будет, — просто уезжай.

— Я уеду вместе с ней, — ярость кривит его лицо, я прищуриваюсь. — Скоро ты сам от нее откажешься. Скорее, чем думаешь. Хотел… перед этим посмотреть на тебя. Увидеть лично, из-за кого все началось. И да, все, что мне о тебе говорили, — правда. Ни совести, ни раскаяния.

И раз уж мы перешли на пафос, отвечаю:

— Мало тебе, видимо, про меня рассказали, раз ты решился на встречу, — приподнимаю брови. — Фишер, не отвалишь — сам будешь обо мне страшилки рассказывать. Если сможешь, конечно.

Он психует:

— Да, ты же военный! А на войне все средства хороши. После твоего ответа я понимаю, что все сделал правильно. Ее надо спасать от тебя, и я спасу.

— Это ты сейчас вообще о чем? — я делаю шаг вперед, понимая, что он что-то не договаривает. Мы смотрим друг другу в глаза, мой пульс, до этого спокойный, начинает частить. Я вполне отдаю себе отчет в том, что драка сейчас — лишь усложнит ситуацию, огребем последствий, а проблему не решим. Но адски хочу бить его, хочу его крови. Слышу за спиной, как брат делает шаг в нашу сторону.

Произношу спокойно:

— Или ты свалишь из страны, или я найду повод тебя выдворить. И лучше тебе меня не провоцировать на действия, последствия тебе не понравятся.

Ему страшно, но он не отступает, я впервые вижу в нем хоть сколько-нибудь реальную угрозу. Кажется, что еще секунда, и он мне что-то скажет, я не свожу с него глаз.

— Юр, поехали! — кричат сзади. Он оборачивается, а потом выдает мне:

— Я тебя не боюсь. И выбор она еще не сделала, — после чего уходит быстрым шагом.

Глава 36

После этого разговора мы с Русом направляемся домой. Лечь бы спать и забыться, но уже понимаю, что не получится. Застываю у подъезда, мешкаю. Вроде бы не узнал ничего нового, но сама ситуация бесит неимоверно!

Почему он считает, что Катя сомневается? Неужели она дала ему надежду?

— Я к Кате на пару часов, — сообщаю брату.

— Тебе надо остыть, Яр, — он хмурится. — Я желаю тебе добра, ты знаешь. И я тебе настоятельно советую — остынь, проспись.

— Я ненадолго. Меня бомбит, мне надо ее увидеть.

Мы жмем руки, благодарю его за поддержку, после чего сажусь за руль своей машины и еду в гости к Катиным родителям. Да, время позднее, но моя собственная композиция в данный момент похожа на дьявольскую какофонию, и сам я ее не выправлю.