Обещаю, больно не будет (СИ)

Боже, что этот земной пупик о себе возомнил?

— Радуйся, что ты к нему не имеешь ни малейшего отношения, — откровенно вру я, потому что этот персонаж бесит меня ничуть не меньше, чем Басов.

— А это, случайно, не тот перец, что подкатил к тебе во вторник с букетом у института?

— Допустим, тот, — на длинном выдохе произношу я, давая понять, что мне не очень зашла эта тема, но Янковский либо слишком туп, чтобы распознать мои сигналы, либо плевал на них с высокой горы.

— На стиле, такой, ага. Интересно, ту крутую тачку он у папки погонять взял? — я понимаю, что Андрей пытается рисоваться на фоне своего потенциального соперника. И мне бы поддержать его чувство собственной значимости просто из вежливости ввиду того, что я сегодня его банально использовала. Но не могу.

Это выше моих сил.

— А ты свою разве не там же взял?

— Я не погонять, Ник, — смеётся Янковский, не моргнув и глазом, — мне её подарили со всеми потрохами.

— Интересно, — чешу я подбородок, — тебе заметно, что я завидую?

— Нет, — улыбается парень, а я среди тысячи хаотичных мыслей ищу хоть что-то подходящее, чтобы поскорее свернуть это ненужное мне теперь мероприятие и зафиналить его навсегда.

Грешна. Каюсь. Не по доброте душевной я на встречу с Андреем согласилась. Но ему на самом деле было бы полезно немного отведать своих же горьких пилюль, а Басову соскочить с коня и пару километров проползти на пузе. Образно говоря.

Сказать, что болит голова?

Или, может, сослаться на неожиданный потоп от соседей.

Х-м-м… или просто честно сказать всё, что я думаю о самодовольной персоне Андрея Янковского?

И только я было открыла рот, чтобы вывалить на парня пару ласковых и без лишних расшаркиваний прямо в лоб, как меня неожиданно накрыло. А чего это я, собственно, тороплюсь домой? Завтра мне на учёбу только к обеду. Я, смею признаться, никогда не бывала в подобных роскошных ресторанах. Да и зря я, что ли, платье это шила, наряжалась и прихорашивалась?

А вот возьму и пойду до конца, всем противным Басовым назло. И пусть там себе не воображает, что я осталась ни с чем в этот тёплый сентябрьский вечер. Я больше не та жалкая Кочка и Вешалка, до которой никому не было дела. Я — бессердечная Истома. И теперь, что хочу, то и ворочу. Вот! Так тому и быть.

Стряхнула с плеч плохое настроение и завернулась в ауру лёгкости, обещая себе смотреть на это свидание чуть проще. Я, в конце концов, ничего и никому не должна. Только ужин. Который, кстати сказать, прошёл не так дерьмово, как я от него ожидала. Андрей без остановки шутил и балагурил, рассказывая какие-то перлы из своей жизни, заставляя меня смеяться. И как-то даже стало понятно, за какие именно заслуги на него клевали многочисленные девчонки. Обаяния Янковскому было не занимать.