Больная родина

— И что это было? — спросил Сергей.

Гаевский с победным видом ухмыльнулся и заявил:

— Граната с искусственным интеллектом, последняя разработка. — Вдруг он сделал страшные глаза и заорал: — Чешем, Серега, сейчас рванет по-настоящему!

Как, опять? Они помчались, перепрыгивая через клумбы. На бегу Гайдук догадался, что должно произойти. Он прыгнул в яму, обнял дрожащую Диану. Рядом уже пыхтел в предвкушении Гаевский. Рвануло так, что вздрогнула земля! В доме повылетали рамы, с треском сложились межкомнатные перегородки. Снопы дыма ударили из оконных проемов, заплясали языки пламени. Ударная волна прошлась по саду, затрясла деревья. Дом горел как факел. Сад моментально окутали клубы зловонного дыма.

— Магнитная мина, — немного смущенно объяснил Гаевский. — На четыре минуты поставил будильник. Чего лежим, голубки? Хорошо вам? А ну, валим отсюда!

От усталости, от вибрирующего звона в ушах Сергей уже плохо соображал. Снова ревели пожарные сирены, носились милицейские машины с мигалками и свиристелками. Скромная серая «Нива» выбралась на южную окраину города и остановилась недалеко от пепелища в Бочарниковом переулке.

Сергей прокрался между остовами выгоревших зданий и нашел погреб, размещавшийся на задворках участка семейства Бойко. Он лихорадочно расшвырял металлолом, придавивший крышку люка, отбросил ее, помог выбраться матери, вытащил кряхтящего Ярослава Григорьевича. Мама что-то спросила, повисла у него на шее и заплакала.

Увидев Гаевского, она очень удивилась и перестала плакать.

— Я так и знала, — заявила Клавдия Павловна. — Где этот парень, там всегда разрушения и кавардак. Я же говорила, Сережа, что он дурно на тебя влияет, плохому учит!

Они шагали по чужим грядкам, старались быстрее добраться до машины. Гайдук не верил тихому счастью. Надо же, все живы!

Потом была дорога из города, колдобистые проезды за заброшенным заводом металлоизделий, пригодные разве что для танка, объезд, проселок за мостом через Ведянку.

— Прошу прощения, уважаемые спасенные, но сейчас я буду долго плутать, — предупредил Гаевский, направляя машину на разбитую грунтовку.

Да, об этом он сказал, а вот о пленниках, крепко связанных и засунутых под сиденья, упомянуть не удосужился.

— Ой, мамочка! — завопила Диана, задирая ноги. — Подо мной что-то есть, оно шевелится.

— Да что ты, девочка, кто там может быть? — сказала Клавдия Павловна и тоже закричала, когда у нее под ногами тоже что-то замычало и завозилось.

Уже стемнело, когда они въехали в Новоагеевку, малолюдную деревушку, состоящую всего из пятнадцати дворов. Петр был уже в курсе. Он встречал их у крайней от околицы избы. На улицу выбежала Лиза, за ней вышла робко улыбающаяся Даша. Крайне утомленные беженцы с трудом выбирались из машины.