Болевой порог. Вторая чеченская война

Подразделения запасались хозяйственным инвентарём, тёплыми одеялами и мягкими матрасами. Брали всё, что может пригодиться в лесу. Мы собирались в большой коллективный поход. Пять человек из числа контрактников обрадовали ротного тем, что больше не хотят служить и хотят домой. Естественно, тут же освободились вакантные должности. Вместе с ними ушёл и Коваль. Механик-водитель боевой машины пехоты с номером 511. Теперь машина стала бесхозной. Казаков, её бывший наводчик, героически боролся с гангреной в госпитале. Капитан недолго думая посадил меня за штурвал машины, предложив немного поездить по улицам освобождённого города. Ездить-то я умел, а вот обслуживать машину – нет. Поэтому, не сказать, что я частенько получал затрещины от дембелей, значит соврать. В обслуживании помогал кабардинец Немец. Я вникал как мог, но одной задницей на двух должностях сидеть было очень непросто. Я по-прежнему выполнял обязанности замка во взводе управления роты. Машину Бембетова принял Витя Любимов, чему был, конечно же, рад, так как Булат содержал её в чистоте и готовности.

Мы отдыхали. Если это можно было назвать отдыхом. Работа по подготовке кипела день и ночь, и караульную службу никто не отменял. Я пытался представить: куда нас загонят? Какова отметка высот над уровнем моря? Что это будет – сопки или горы? Личный состав рот снова вспоминал русский язык, сочиняя письма для дома. Уже без мата и армейского жаргона, с запятыми и многоточием. Воевать в горах никому не хотелось. Да и Кавказ надоел непредсказуемой погодой и женским поведением. То улыбка в виде солнца, то слёзы в виде дождя.

Титов производил смазку автомата. Не своими руками, конечно, а руками его личного Бригадира. «Скоро весна, скоро домой» – эту фразу он обводил ручкой в своём дневнике несколько раз. Герасимов сидел на башне машины, оглядывая тлеющий дом и думая о чёмто своём. Коваль и увольняющиеся контрактники прощались, желая удачи, обещая поставить свечи за здравие всех, кто здесь остаётся. Я материл Андрюху про себя за огромные утечки в масляной системе двигателя.

Фаза партизанской войны началась. Мы абсолютно не знали, что это такое, когда на тебя нападают из плотной непроглядной зелени. Когда подрывают преимущественно небольшие колонны, пичкая каждый поворот радиоуправляемыми фугасами. Тент на грузовиках с пехотой – это не броня, и от свинца никуда не скрыться. Боевым действиям в горно-лесистой местности мы не обучались. Мы только сейчас более-менее научились слаженно действовать в городе. Не обучались и наши командиры. Реальным боевым опытом в горах обладали в полку немногие. Обнаружение противника в данных условиях возлагалось на небольшие группы разведки, а нам – окружить и разбить.