Болевой порог

– Хочу! – протянула ему свой айфон, – только не заставляй нас позировать.

Фото получились отличные. Артем сумел поймать моменты, когда нужно было щелкнуть камерой. Просматривая их, я улыбалась.

– Спасибо! У тебя талант!

На одном снимке Ханзи поставил лапы сзади на плечи и выглядывает из-за меня прямо на камеру. На другом Хан положил голову на колени и преданно смотрит мне в глаза. Но больше всего мне понравился снимок, на котором Хан лижет мою щеку, а два других кобеля сидят рядом и заглядывают прямо в кадр. Я широко улыбаюсь, придерживая съехавшую набок шапку.

Позже, сидя у себя в комнате, я долго рассматривала фото. И так хотелось кому-нибудь их показать, но… кому? В соцсетях я не зарегистрирована. Можно отправить Тати, но, зная ее, была уверена, что она тут же разошлет их по всей тусовке. Бабуля не умеет пользоваться гаджетами, а они бы ей понравились. Заставила бы распечатать и поставить в рамку."

"На душе стало тоскливо. Что же я за человек такой, что даже удачными фотографиями похвастаться не перед кем. Хотела уже убрать телефон, как в голове мелькнула безумная мысль. Отправить фото Шевцу. Не все, только последнее, где я со всеми псами. Это не телефонный звонок и не смс. Просто фото. Заодно и узнаю, как он отнесется к моей дружбе с алабаями. Может, и кормить разрешит.

Выбрала его номер в контактах, вставила снимок в сообщение и, мысленно перекрестившись, нажала на «отправить».

Глава 41.

Когда начало смеркаться, я спустилась вниз. Обещала Валентине Ивановне помочь с пирогом. Вернее, навязалась помочь с пирогом. Потому что мне это нужно куда больше, чем ей.

– С чем пирог будет?

– Рыбный. Дима любит с форелью.

Я уже поняла, что он поклонник домашней кухни. И это как-то не вязалось с его образом. Мне, вообще не очень было понятно, зачем содержать такой огромный дом, прислугу, охрану, собак, если у тебя нет семьи…

– Значит, он сегодня приедет? – отвернулась, чтобы завязать фартук и скрыть заинтересованность.

– Обещал…

Обещал. Значит, приедет. По телу разлилось тепло. Губы сами вытянулись в улыбку. Машинально делая все так, как говорила Валентина Ивановна, думала лишь о предстоящей встрече. Новость о ней подняла градус настроения на отметку выше, но в то же время, я не забыла, каким грубым и холодным может быть Шевц. Поэтому мысленно уговаривала себя ни на что не рассчитывать.

Обещал, но не приехал. А я ждала его. Как дура сидела на подоконнике, прислушиваясь к каждому звуку, доносящемуся с улицы.

– Пойдем чай пить, пирог почти остыл… – заглянул ко мне Артем с хмурым выражением лица.

– Что случилось?

– Ничего, – придержал дверь, пропуская меня вперед, – если не считать того, что босс обещал меня за яйца подвесить, когда вернется.

– Что?! – поперхнулась воздухом, – за что?!

– За тебя… и собак.