Болевой порог

И не важно, лизали они жопу мне или кому-то еще.

Глущенко тоже вскочил поприветствовать этого шишку. Только мой муж остался на месте, что-то зло ворча себе под нос.

Бокал опустел, и я огляделась в поисках официанта. Щелкнула пальцами, как он тут же подбежал ко мне.

– Шампанского мне, да поживее!

– Будет сделано, Ольга Игоревна! – кивнул он и исчез.

– Хватит бухать, Оля! – ледяным тоном произнес Карманов.

– Леш, это только второй бокал…

Ответить муж не успел, потому как раз в этот момент прямо напротив меня уселся Шевц. Я вскинула глаза и напоролась на его страшный взгляд. У меня по коже поползли мурашки, а пальцы, удерживающие ножку бокала, вмиг заледенели. Потому что смотрел он на меня так, как никто раньше. Как на самую дешевую портовскую шлюху.

Я сжалась, но взгляд отвести не смогла. Он как будто держал его. Пронизывая, отравляя своим презрением. Проникал в самую душу, душил. Кажется, теперь я знаю, что чувствовал кролик перед тем, как удав его съел.

Подоспевший как нельзя вовремя официант разорвал наш зрительный контакт. И я, судорожно вздохнув, выхватила из его рук фужер и сделала большой глоток, больше не поднимая глаз от пузырящейся жидкости.

Он впечатляющ. Такого, увидев раз, больше не забудешь. Высокий, выше всех здесь присутствующих минимум на полголовы. Это я заметила еще, когда они все к нему на поклон повалили. Мощный в плечевом поясе. Смуглый брюнет с черными глазами. Такими черными, что зрачки сливаются с радужкой. Лицо притягательное, можно назвать красивым, если бы не прилипшее к нему презрительное выражение."

"Карман тоже сидел напряженный, будто в спину вбили кол. Я достаточно его знаю, чтобы сказать наверняка. Он боится. Шестеренки в моей голове начинает медленно крутиться. Неужели плохое настроение мужа как-то связано с Шевцем?.. Он хочет отмести у него бизнес?.. И если да, то как мне этим воспользоваться, чтобы вырваться на свободу?

Я сидела как на иголках. Хлебала свое шампанское и боялась поднять глаза. Шевц все еще смотрел на меня, я чувствовала это кожей. Она словно покрывалась коркой льда. Мои плечи, ложбинка груди, руки. Мороз проникал внутрь и замораживал каждую клетку.

От его взгляда хотелось залезть под стол. И я подумала, что лучше бы на его месте сидел Глущенко. К таким, как он я уже привыкла…

– Алеша, мне в туалет надо… – шепнула на ухо мужу.

– Иди… – оттолкнул меня плечом.

Я вскочила и чуть ли не бегом побежала к выходу. Спины коснулся холод. Что ему от меня надо?!

Шла, не оборачиваясь, несмотря на оклики псевдоподружек. Скользнула в туалет и закрылась в кабинке. И только там смогла спокойно выдохнуть.

Он меня смутил и унизил одним только взглядом. Смотрел так, будто знает всю мою подноготную, все мои грязные тайны.