Школьная бойня

Его дверцы были распахнуты, а в самом шкафу копался помощник эксперта, обмахивающий кистью с черным порошком графин. На стенах красовалось множество наградных грамот и пара вымпелов советских времен.

Вернувшийся с улицы Дроздов остановился рядом с Гуровым, сложил руки на груди и еще раз осмотрелся.

– Я здесь уже закончил, Лев Иванович, – сказал он. – Там труповозка приехала. Тело надо забирать. Будешь осматривать?

– Обязательно.

Гуров обошел стол и всмотрелся в лицо Немировича. Глаза Вячеслава Ивановича были приоткрыты, как и его рот. На подбородке и груди виднелись присохшие к ткани частицы полупереваренной пищи, выгнанные умирающим организмом наружу. К полноватому смазливому лицу навечно приклеилась кривая полуулыбка, не вязавшаяся с пустым взглядом, направленным в противоположный угол кабинета. Лицо умершего было умиротворенным. Ни страха, ни удивления перед смертью он не испытал.

– Бедняга и не предполагал, что через полчаса его жизнь оборвется, – констатировал Дроздов.

– Ну хоть поел напоследок.

Гуров наклонился к лицу Немировича и потянул носом воздух.

– И выпил.

– Ну хоть порадовался перед смертью.

Гуров отодвинулся от кресла и подошел к Дроздову.

– Что скажешь, Лев Иванович? Серийник?

– Нет. Серийным убийцей здесь и не пахнет. Умирают знакомые между собой люди, которые работали в одном месте и занимались одним делом. Что-то их связывало, а кто-то теперь методично пытается скрыть эту связь.

Гуров посмотрел туда, куда смотрел и Немирович в последние секунды своей жизни – в сторону угла рядом с окном, где стоял одинокий старый стул. Окликнув помощника эксперта, он попросил его внимательно осмотреть это место.

– Зафиксируйте все, что найдется. Каждую пылинку проверьте.

– Труп-то забрать можно? – поинтересовался Дроздов.

– Да, забирайте.

– Спасибо.

Дроздов ушел. А Лев Иванович, не дожидаясь появления санитаров, вышел в коридор и позвонил Стасу Крячко.

– Сбрось мне контакты заместителя директора, – попросил он. – Тамара Георгиевна. Пришлешь? Скоро? Или нет, Стас. Лучше вызови ее на Петровку. Ты же никуда не собираешься? Я скоро буду.

Тамару Георгиевну жара не беспокоила. Для посещения Главного управления внутренних дел она выбрала вязаное платье бордового цвета и высокие черные сапоги. Гуров видел похожие у жены и на вопрос «Неужели летом кто-то их носит?» услышал ее заразительный смех. Маша ответила, что сапоги бывают не только зимними или демисезонными. Летние тоже очень даже в моде. Гуров так и не понял смысла носить подобную капитальную обувь во время пляжного сезона, но спорить не стал. Но сейчас, глядя на Тамару Георгиевну в сапогах, он снова задался прежним вопросом.