Школьная бойня

И один из владельцев, между прочим, обитает не так далеко от Александровского сада. С него и начну, – пробормотал Крячко. – Только вот перекушу чего-нибудь и тотчас же отправлюсь по адресочку.

– Что это ты там себе под нос бурчишь? – переспросил Карташов.

– Да так, о своем, – ответил Крячко и добавил: – Ну все, Михалыч, я пошел на поля – пахать, сеять и пожинать плоды. Адреса, фамилии и телефончики, нужные мне, я переписал, а остальные документы пусть пока у тебя побудут. Я, может, сегодня еще к вам загляну, так что не прощаюсь ни с тобой, ни с этим зверем невиданной породы.

– Давай, бывай, – не отрываясь от писанины, ответил Карташов, а щенок, когда Крячко вышел из-за стола, вскочил и, потянувшись к Станиславу, негромко тявкнул.

Крячко улыбнулся и, не удержавшись от благих порывов, погладил Опера по лохматой голове.

– И ты бывай, парень. Я еще вернусь и принесу тебе что-нибудь вкусненькое.

– Ага, много вас таких, – проворчал Карташов. – Избалуете мне собаку.

– А ты его воспитывай так, чтобы он не брал у чужих, – весело посоветовал Крячко и вышел из кабинета.

– Не брал у чужих… – недоуменно поднял от бумаг голову Михалыч. – Интересно знать, кто это у нас тут чужой? У нас тут все свои…

12"

"Ближайший к Александровскому саду адрес, по которому проживали заводчики, разводившие чарльз-спаниелей, был на Моховой – почти в самом центре Москвы. Туда-то и отправился Крячко, надеясь застать кого-нибудь дома. И застал. Дверь ему открыла симпатичная женщина лет под сорок, улыбчивая и приветливая.

– Здравствуйте, – поздоровалась она. – А мы уже всех щеночков раздали. Опоздали вы.

– Добрый день, – отозвался Крячко. – Нет, я не за щенком пришел, я из полиции, – он достал удостоверение, показал его женщине и коротко представился: – Старший оперуполномоченный уголовного розыска полковник Крячко. Мне бы с вами поговорить…

– Варвара Александровна Книпп, – представилась женщина и отошла в сторону, пропуская Крячко в квартиру. – А что случилось? – поинтересовалась она.

Станислав вошел в квартиру и сразу же был обнюхан четырьмя весьма добродушными и вертлявыми песиками.

– Все ваши? – спросил Крячко, указывая на бело-рыжих спаниелей.

– Да, все мои. Это, можно сказать, мой основной хлеб, – ответила улыбчивая Варвара Александровна. – Сама-то я по профессии переводчица, тексты с иностранных языков на русский перевожу. Но много на этом не заработаешь. Хотя и удобно – домашняя, можно сказать, работа. А эти милахи, – она посмотрела на собак, – мой приработок, так сказать. Но вы не думайте, у меня все официально оформлено. Я и бумаги могу показать, и все необходимые отчисления я тоже делаю.

– Да нет, не нужно, я верю, – отозвался Крячко. – К тому же я не по этому поводу пришел.