Боярышня Евдокия 4

— Так ты главе московского разбойного приказа подарила свинью ради шутки?

— Нет, конечно! Хрюндель уникален и полезен. Маша мне рассказала, что он уже несколько раз брал след и находил спрятанное татями добро. Не каждая собака на такое способна, а порося — пожалуйста!

— Хм.

— Я предложила Машке… кхм, Марии записывать, как шло следствие и передавать мне. Я из её записок сделаю хорошие очерки, прославляющее наше княжество! Словом и делом покажем всем, что мы радеем за безопасность. Раскроем трудовые будни нашего разбойного приказа и люди сами поймут, что во всём этом видна заслуга князя.

Иван Васильевич смотрел на неё с подозрением, но под конец всё же рассмеялся :

— Ишь, как всё вывернула!

— Так что насчет котика?

— Очерки сначала мне будешь показывать.

— Само собой.

— Коли ладно будет, то разрешу боярину Волку записать свина в разбойную службу и дам жалование за него."

"— Ой, как хорошо! Княже, он не объест тебя! — радостно воскликнула Дуня, на всякий случай показывая размеры успешно делающего карьеру мини пига. — А котика? — с тревогой повторила вопрос она. — Нам бы с ним чин какой получить. Писательский там или ученую должность заиметь.

Князь озадаченно потёр переносицу и уточнил:

— За новгородского кота ты пишешь?

— Пока я, — закивала головой Дуня.

— Не слишком ли ты круто взялась за иноземцев? Уж больно они у тебя жадные да злючие каждый раз получаются.

— Так всё правда.

— На торгу правды не услышишь, — назидательно сказал ей князь, понимая, где боярышня черпает информацию, — так что не увлекайся. Про чин подумаю, но скорее всего он будет тайный. Или ты хочешь, чтобы все наверняка узнали, кто за кошачью шайку пишет?

— Нет, — поспешно ответила она.

— Во-о-от. Что касается твоей поездки в Дмитров. Дождись сопровождения и езжай.

— Так у меня свои сопровождающие есть.

— Твоих холопов хватит, чтобы сохранить в целости золото торгового гостя?

— Ой.

— На месте решишь, как лучше договор с португальцем исполнить.

— Княже, коли он в Новгород не поехал, то надобно его в Москву везти. В Дмитрове,поди, ничего из новых товаров нет, а в договоре о них шла речь.

— Значит, передашь тот товар, о котором шла речь в договоре, а потом проводишь его до Москвы и покажешь наш торг.

— Как скажешь, — кивнула Дуня, довольная поручением. Раньше-то она все больше сама себе головой была и, признаться, устала. Сама придумай дело, сама исполни! А тут князь решил её головой побыть и нарезал задачи. Ему и отвечать потом за всё!

— И вот ещё что, — как бы нехотя вспомнил Иван Васильевич. — В Дмитров едет дочь Лыко-Оболенского, чтобы выпросить будущего котёночка.