Боярышня Дуняша (СИ)

Но душа поёт от того, что попросила у него

саженец! Да он в лепешку разобьётся, а сделает всё как она сказала и преподнесет ей целый

ворох яблоневых веточек. Уж он расстарается!

— Заболталась я с тобой, — всплеснула руками Дуня, — надо идти, — деловито добавила, увидев, что сияющий Анисим вдруг сообразил, что за время их разговора никто из

сопровождающих холопов не появился. — Тороплюсь! — решительно обрубила возможные

вопросы и живенько засеменила к жилому дворцу.

Она уже дошла до княжеского жилья, как возле Тимофеевских ворот поднялся гвалт и

дружное:

— У-ух-х! У-ух-х! Ух-х!"

"Ноги сами понесли Дуню туда! Потом,конечно же, люди будут рассказывать, кто там ухал, но ведь все переврут!

Она не успела добежать, когда увидела нечто! Это было… НЕЧТО!

Даже у Дуни не нашлось слов, чтобы описать увиденное. Большая монстра! И это чудовище

двигалось, причем довольно быстро, а горожане в шоке открывали рты. Кого-то не держали

ноги и они падали, искали глазами купола ближайшей церкви и истово крестились, прося

защиты от исчадий.

Страхолюдное нечто довольно быстро продвигалось вперёд и продолжало ухать. Дуня жадно

разглядывала широкие колеса, прикрытые гусеничной лентой, которую она когда-то рисовала.

Но всё остальное… нет, она такого даже предположить не могла, когда отдавала отцу эскиз

самоходной инвалидной коляски с рычагами и на гусеничной основе. Сейчас перед её глазами

перемещалась полу-ладья, полу-возок, но с каждой стороны было по трое гребцов или как

назвать людей, что двигали рычаги туда-сюда, как на дрезине. Они шумно выдыхали «Ух-х» —

и конструкция шустро двигалась по грязи… хм, уже не по грязи, так как двор в Кремле был

вычищен.

Наконец чудо современной техники остановилось. Сбоку открылась дверка и выпала

лестница. По ней сбежал великий князь и, не глядя по сторонам, быстро прошёл во дворец.

Следом за ним спустился…

— Отец! — закричала Дуня и бросилась к нему.

Вячеслав подхватил на руки дочь и закружил.

— Как выросла! Похорошела! Совсем невестой стала! — ворковал он, прижимая Дуняшу к

себе. А она только крепче обнимала, едва справляясь с накатившим счастьем и ощущением

защищённости.

— А у нас тут такое! Ужас какое! — зачастила она, поглядывая на сходящих вниз «гребцов».

— А это что?

Не удержавшись, ткнула она пальцем в диковинку.

— Вездеход! — с гордостью ответил отец. — Сначала лошади тащили, но когда они сбили

ноги в ледяной каше, то рычажники взялись за дело.

— Обалдеть, — благоговейно выдохнула Дуня, замечая под слоем грязи, что гусеничная

лента была сделана из дерева.

Вячеслав огляделся и нахмурился:

— А ты здесь что же… — заподозрил он неладное, — никак одна?

— Да как же? — возмутилась она и даже негодование изобразила. — Я с тобой!

— Убежала? — насупился он.