Боярышня Дуняша

Заслужить даже малое недовольство женщины, которая сумела выжить во время жесточайшей борьбы за власть между её мужем и его дядей с сыновьями, не хотелось.

Эта княгиня, будучи в изгнании, нашла мужу союзников и стояла за его спиной за время его правления, а после осталась при сыне и не уступила первенства невестке. Сейчас главной должна быть Мария Борисовна, но старая Ярославна поставила себя выше.

Обстановку разрядило появление княжича. Он был ровесником Дуняши. Все сразу же заулыбались, засуетились… Княжич стремительно подбежал к бабушке, клюнул её в щеку, быстро выкрутился из её рук, чтобы попасть в объятия матери. Все следили за тем, что происходило, с нездоровой жадностью. Неожиданно для всех княжич огляделся и выбрал Дуню для общения.

Она, увидев, что мальчишка движется к ней, широко раскрыв глаза, чуть помотала головой, но княжич лишь притормозил. Тогда она повернулась боком и показала ему кулак. Теперь сопляк распахнул свои глазищи и остановился. Дуня облегченно выдохнула. Ей только внимания любимчика двух княгинь не хватало!

Она сделала вид, что никакой заминки и взглядов княжонка в её сторону не было, с крайне сосредоточенным видом взялась за моток с нитками.

— Почему ты не хочешь со мной играть? — строго и громко спросил княжий наследник. «Ах ты ж!»

Дуня даже вздрогнула от неожиданности. Она как раз нашла кончик нитки и раздумывала начинать или не начинать работу.

Ей пришлось подняться и поклониться. Великокняжеского сынка хотелось пристукнуть, тем более после его вопроса. Женский коллектив услышал маленького стервеца, заохал, завозмущался…

Дуня состроила печальное лицо и показала на нитки:

— Меня же посадили нитки мотать, а тебе это скучно будет, — так же во всеуслышание произнесла она — и краем глаза увидела, что княгини снисходительно улыбнулись.

Княжич нахмурил брови и метнулся к сопровождавшей его мамке, взял короб из её рук и вернулся к Дуне.

— Давай буквы рисовать? — предложил он.

— Ну, давай, — вяло согласилась она.

Княжич Иван выбрал место у самого окна, сел на скамью и ему в руки дали большую доску.

Дуня думала, что он будет рисовать на доске, но сверху положили лист хорошо отбеленной бумаги и палочки для рисования. Она осторожно присела рядом и когда он начал выводить букву, то поддержала ему доску.

Мальчик очень старался и у него хорошо получалось."

"— Какая она у тебя ровная, — искренне похвалила его Дуня.

Он протянул ей палочку, и она быстро чиркнула пару слов. Он сначала нахмурился, а потом выдал:

— Меня за такую писанину по рукам бьют. Буковки должны быть гладкие, вытянутые и одна к одной, а у тебя в пляс пошли.