#Бояръ-Аниме. Имперец. Том 1 и Том 2

Хуже было бы, если бы я попал в какое-нибудь средневековье, где и понятия о науке-то еще не существовало.

Итак, первой стихией открывалась Вода. И открывалась по той простой причине, что человеческое тело на 60% состоит из воды. Следующей стихией был Воздух, поскольку кислород все-таки даже здесь основа жизнедеятельности. Дальше шли Земля, Дерево и Огонь, тем самым образуя классическую во всех мирах пентаграмму стихий. И, как правило, большинство магов этим-то и ограничивалось.

Но после стандартного набора, естественно, начиналось интересное и, самое главное, практически недоступное простым смертным.

Шестой стихией было Электричество, и если раньше оно включало в себя только метание шаровых молний и попытки оппонентов придумать способы защиты в качестве заземления, то с расширением использования электричества в повседневной жизни этот дар начинал приобретать популярность."

"После Электричества открывался Металл, применение которого тоже весьма сильно изменилось с веками, оставаясь, тем не менее, одним из наиболее желанных и недоступных стихий.

Дальше можно было покорить Свет и Тьму со всеми вытекающими из этого способностями по оптике, а вишенкой на этой стихийной конструкции лежал Эфир, отвечающий за природу самой магии, которой тут пользовались.

То есть, по сути, магия была эдаким подразделом физики. Ну, могла бы быть, при иных обстоятельствах. Собственно, Тесла здесь — это графский род, стабильно работающий со стихией электричества. И чтобы в его графстве из кранов сыпались электрические искры, не надо палить генераторы, достаточно выпустить юное поколение магов порезвиться.

Заканчивал свою лекцию господин Нестеров статистикой о частоте максимально открытых стихий. Если первые пять были широко распространены, шестая и седьмая — считалась высшим пилотажем, а восьмая и девятая — настолько редкими, что их обладателей, наших современников, можно было пересчитать по пальцам рук, то последняя, десятая стихия была легендарной.

Легендарной! То есть, по сути своей, теоретической!

— Вопросы? — произнес Нестеров, окинув взглядом сонно дремавшую аудиторию.

Надо было бы, конечно, промолчать, но человек технического прогресса во мне так и рвался напороться на дискуссию.

— Да? — кивнул мне лектор, не скрывая своего удивления.

Наверняка я один из немногих за всю его карьеру, кто на вводной лекции умудрился придумать вопрос.

— А как определили существования Эфира?

— Простите? — с максимально вежливой миной произнес Нестеров.

— Вы сказали, что Эфир — легендарная стихия, — принялся я развивать свою мысль, стараясь казаться максимально уважительным. — То есть ее существование не запротоколировано компетентными документами.