#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 28

Не горит, не захвачен, не улетел в иной мир. Уже неплохо.

Хотя надо быть начеку. Филиппинцы в любой момент прискачут, и лучше проконтролировать оборону Одиннадцатипалого.

Далее зову к себе Деда Дасара и спрашиваю, что да как. Хитрый упрямец улыбается:

— Всё нормально, шеф, тебя же одну ночь всего лишь не было!

— Ну и что? Я за ночь генерала пленил и войну вот выиграл.

— Ну это ты, шеф! Я вообще завидую твоей скорости вершить дела.

— Ой, не подлизывайся, — бурчу. Этому пройдохе я ни за что не поверю. Дасар, конечно, верный соратник, но вор всегда останется вором — профдеформация штука вечная.

Дасар добавляет, между делом:

— Кстати, вождь Хмен уже уговаривает другие племена многоруких вступить под твою руку. Принять вассалитет, как ныне говорят.

Ага, это по моему заданию.

— Есть и те, кто упирается, — продолжает он. — Те же Синие Бороды, к примеру. Но и с ними можно будет поговорить, особенно если ты приедешь лично.

— Может, как-нибудь потом, — отмахиваюсь. Хмен, конечно, мужик амбициозный, спору нет. Но задача подчинить всех дикарей в округе у меня стоит где-то в самом конце списка приоритетов. Главное — чтобы меня не трогали. Только поэтому эта цель вообще обозначена, а не потому что я жадный до власти или территорий. Мне бы с теми владениями, что уже есть, порядок навести и всех обеспечить.

Решаю навестить энта. Всё-таки древозверь — важная фигура для моего имиджа. Мандат на самоуправление мне, по сути, именно из-за него выдали. А если лиственный вдруг откинет ветки — будет как-то… неловко.

Прохожу мимо троллей. Бумба, как обычно, проводит воспитательную работу — чему-то обучает двухметровый молодняк методом оплеух. Детинам не больно, зато осознают важность вталкиваемой через рычание информации.

Тролли остаются позади. Вдоль кустов, пригибаясь, крадётся что-то огромное. Ветви шелестят, кора скрипит, в листве зырят дупла-глаза. Ага, энт. Следует за Красивой. Тигрица идёт по полянке, вся из себя сосредоточенная охотница, помахивая хвостом, напряжённым, как пружина. Пытается игнорировать преследователя, но голову то и дело дёргает, оглядывается, наконец, шипит раздражённо, уже мне жалуясь:

— Он дичь пугает!

Я хмыкаю, Красивая редко разговаривает — значит, достало её сильно. Подхожу ближе к энту и киваю:

— Эй, Лиственный! Ты чего таскаешься за ней?

— Я жду распоряжений от госпожи, — басовито объясняет он, с каким-то грустным благоговением.

Потом хлопает себя по бокам — ладонями из узловатой древесины. Гул разносится по поляне.

— Не знаю, как угодить своей госпоже…

Ну вот. Начались энтовские страдания. А ещё ему нельзя так далеко отходить от Сада, а то и правда же помрёт. Я вздыхаю и развожу руками:

— Слушай, Лиственный. Садись вот там, у леска. Сад рядом — подпитаешься.