#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 27

Ангела же прорывает:

— Конунг, Багровый Властелин явился сюда из-за монахов?

— У Его Багровейшества со мной много вопросов, — отвечаю спокойно. — Вопросов, которые мы должны решить вдвоём, лорд Ангел. Кстати, если что — вы можете отправляться, уважаемые союзники. Как понимаю, у вас больше нет причин здесь находиться, ведь Багровый ушел.

Ангел вскидывается так резко, что стул под ним скрипит:

— Много ты на себя берёшь, конунг!

Но Масаса осаживает его:

— Тише, Ангел. Конунг Данила, если действительно мы тебе не нужны — мы уйдём.

Я вежливо улыбаюсь.

— Вообще-то у меня есть просьба. Не могли бы вы рассказать, что знаете, о Провидении Обители Мучения?

Уверен, в Организации что-нибудь да известно про гомункулов.

А Масаса с Ангелом, раз уж их отрядили на операцию, должны были подготовиться заранее и изучить вопрос хотя бы по архивам.

Масаса задумывается.

— Провидение Обители? Организация давно изучала этот вопрос. Раньше Обитель Мучения представляла собой определённую угрозу, но в то же время была интересной аномалией в структуре мироздания. Наши Провидцы-менталисты проводили исследования, пытались добиться аналогичного Провидения, да только никто не вышел на подобный результат. Кроме того, аналитики нашли свидетельства, что, возможно, Провидение было внедрено кем-то из Демонов.

Настоятель дёргается, вскидываясь, будто ему ударили током:

— Не может быть!

Я лениво откидываюсь на спинку стула и спокойно парирую:

— Как видите — может, господин настоятель.

Главный монах побледнел до мелового оттенка, глаза его метались, будто ища хоть какую-то опору.

И тут в моей голове вспыхивает сообщение от Ледзора:

— Граф, тут такое дело. Феанор влетел в ворота ракетой. Разве что подгорает у него не только сзади — он в вулканическом доспехе.

Я криво усмехаюсь:

— Пусти его. И скажи, куда идти: второй этаж, левый коридор, двустворчатые двери в зал.

— Хо-хо-хорошо, — звучит в ответ фирменный Ледзоров смешок.

Буквально через пару минут зал содрогается от топота. Двери распахиваются с треском. В зал врывается Феанор — в вулканическом доспехе, испепеляющий взгляд, клинок магмы уже готов. И на весь зал орёт так, что штукатурка осыпается:

— Это моя слава, Филинов! Я тебе её не отдам! Чертовы монахи — мои…!

Он резко тормозит, как вкопанный и крутит шлемом: хоть зал частично разрушен, хоть кругом стоят големы и застыли монахи, но я сижу за столом вместе с Масасой, Ангелом и настоятелем. Все сидят чинно, спокойно, словно за семейным ужином.

Феанор хлопает глазами, рот у него приоткрыт:

— Ой… Вы чего?..

Я невозмутимо пожимаю плечами:

— Просто у нас переговоры, Феанор. Тебе разве Дятел не передавал? Кстати, меч можешь убрать.