#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 18

Главный жрец Юпитерский предал свой долг перед Римом и понёс заслуженное наказание. Мы благодарим наших русских друзей за помощь в раскрытии его истинного лица и содействие правосудию…

* * *Невский замок, Невинск

Морозов стоит рядом с Лакомкой возле хрустального саркофага, и в груди у него растёт какое-то странное волнение. Он сам себе удивляется: чувствует себя чуть ли не юнцом, ей-богу. Лакомка, заметив его нерешительность, мягко произносит:

— Откройте саркофаг, Юрий Михайлович.

— Точно можно? — переспрашивает он, пытаясь скрыть смятение.

— Можно, — уверенно улыбается альва, успокаивая его.

Морозов тянется к крышке, и она с тихим шорохом отодвигается, обнажая содержимое саркофага. Все его мысли и внимание мгновенно сосредотачиваются на девушке внутри.

Когда он видит принцессу Ненею, покоящуюся в таинственном сне, его взгляд приковывается к её лицу. Тонкие, спокойные черты, словно высеченные из нежного мрамора, поражают его. Морозов зачарован. Красота девушки завораживает. Весь мир для князя исчезает, остаётся только она. И, да что уж тут скрывать, — он почти забывает, где находится.

Лакомка внимательно наблюдает за его реакцией и, заметив его явное восхищение, слегка улыбается. Наклонившись к нему, она тихо говорит:

— Может, отойдём и поговорим?

Морозов кивает, прикрывает крышку саркофага, и они переходят в соседнюю комнату. Как только дверь за ними закрывается, Лакомка спокойно произносит:

— Если вы действительно заинтересованы в моей сестре, Юрий Михайлович, вам придётся сделать предложение лично. Она не из тех, кто прячется за чужими спинами.

Её слова выводят Морозова из транса. Он с трудом прогоняет мысли от образа Ненеи, переводит взгляд на Лакомку и замечает в её глазах требовательность. Князь уже собирается что-то ответить, но Лакомка не даёт ему времени, продолжая с мягкой улыбкой:

— Моя сестра также весьма… требовательна. Особенно к внешнему виду.

Морозов слегка сбит с толку её замечанием:

— Внешний вид? Ну, я ведь в форме… — Он хлопает себя по плоскому животу. — Это всё просто широкая кость и мышцы.

Лакомка сдержанно улыбается и уточняет:

— Юрий Михайлович, речь не только о телосложении. Некоторая… умеренная франтоватость тоже не помешает.

— Мне подкрутить усы? — с сомнением переспрашивает он.

— Хм… Позвольте мне немного поработать над вашим образом, — предлагает Лакомка. — Подчеркнём ваши лучшие черты, уберём лишнее… Это придаст вам больше уверенности и, возможно, повысит ваши шансы.

Морозов, не привыкший к подобным предложениям, неловко улыбается.

— Вы считаете, это… поможет? — с сомнением спрашивает он, пытаясь сохранить невозмутимость.

— О, это совершенно необходимое условие, — с лёгкостью отвечает Лакомка, как будто уже приняв решение за него.