Мастер боя

Более того, Санни-Сапсан использовал редкую разновидность русбоя — «пьяную». Подкорка Петра, выудив из скрытых в беспамятстве тайников информацию, четко идентифицировала этот стиль. Спирально-закрученная динамика старорусской техники боя накладывалась на беспорядочность движений, присущих глубоко нетрезвому мужику. Нельзя было предугадать, куда он шагнет в следующий момент, куда махнет дланью, лаптем, сломается телом... Соответственно, мудрено поставить против такого защиту или провести контратаку. Подобное лечится лишь подобным. Гулять так гулять, решил Петр, а тело клеточной памятью подсказало, как это делать.

Широко разведя руки, словно разглядев товарища по пьяному счастью, Петр свалился на бок и, заплетая кренделями ноги, пошел по кругу. Зрители, еще не совсем разобравшие, что такое выделывает трехкратный суперчемпион, и разглядев, что Петр присоединился к нему, опешив, затихли. Только когда бойцы раз-другой встретились, точнее — столкнулись на площадке, замысловато махнули руками, ногами и снова разошлись, сошлись, махнули... поняли, что происходит на ринге. Сначала редко, а потом все громче и громче стали срываться аплодисменты болельщиков, пока не слились в единый оркестр. Устроители сегодняшнего суперфинала могли быть довольны представлением.

Если зрители были приятно удивлены, то Роткевич — более раздражен. И тем, что пропустил серьезный удар, и тем, что его противник знает, что такое пьяный русбой. И не только знает, но и отлично владеет им.

Несколько отчаянных стачек — так назывался непосредственный контакт бойцов в этом стиле — не выявили явного перевеса ни одной из сторон. Термины сами собой всплывали из глубин сознании Петра. «Стачка», «коромысло», «жердь», «заплот», «вьюшка», «два валенка» — означали соответствующие движения, удары-тычки, защиты. Петр едва не попал в жернова хитрой «мельнички», которую отлично провел Санни-Сапсан. Серия отвлекающих маховых ударов руками должна была закончиться подсечкой с подхватом, но в последний момент Петр свалился в «утицу» и увел-таки ноги от стремящегося к ним «багра» ног соперника. И тут же сам атаковал. Скользящие мощные удары кулаком и локтем в поясницу и солнечное сплетение заставили Роткевича потерять преимущество и уйти скорыми «кренделями» в сторону.

Петр чувствовал, что его тело все больше и больше наливается усталостью. Он едва успевал восстанавливать дыхание в короткие мгновения пауз между атаками. Было заметно, что и Роткевич изнурен не меньше, чем он. Уже не испарина, а густые капли пота покрывали тела обоих бойцов.

Движения бойцов заметно замедлились. С обеих сторон стали проскакивать мелкие ошибки и неточности. Правда, они не использовались соперниками в полной мере.