Бой тигров в долине. Том 2

 – Мы про его родителей и про мои болячки вообще не говорили.

– Вот и плохо, – Маргарита Михайловна укоризненно покачала головой. – Запомни, деточка, если ты не дружишь со своим партнером по сексу, ты в первую очередь унижаешь и оскорбляешь саму себя. Никогда не ложись в постель с тем, с кем не можешь дружить. А настоящая дружба предполагает полное доверие и полную открытость. Запомнила?

– Запомнила, – улыбнулась Наташа.

– Тогда я иду накрывать на стол, а ты отмывайся. Надеюсь, тебе мои вещи подойдут, мы с тобой примерно одной комплекции.

Наташа долго стояла под горячим душем, несколько раз намыливала жесткую мочалку, изо всех сил терла себя, смывала пену и снова терла, и снова смывала. Наконец ей показалось, что вся грязь с нее сошла. Она вытерлась большим белоснежным полотенцем и несколько минут постояла посреди ванной, прежде чем начала примерять на себя одежду Маргариты Михайловны. Вещи оказались впору, только джинсы были чуть-чуть тесноваты, но это ничего."

"Сели за стол, налили кто вино, кто коньяк, Виталий Николаевич попросил позволения сказать тост, горячо поблагодарил Маргариту Михайловну и Бориса Ленидовича и шумно порадовался их общему успеху. Ленар его активно поддержал:

– Правда же, мы все молодцы? Мы, непрофессионалы, сумели сделать то, что не удалось опытному следователю. И Наташа теперь свободна! Ура! – громко заявил он.

Марго молча отпила глоток вина и покачала головой:

– Не нужно так радоваться, голубчик.

– Но почему? – удивился Ленар. – Разве мы не победили?

– Гоша, только не Конфуций! – взмолился Борис Леонидович. – Я даже знаю, какую цитату ты собираешься сейчас привести.

– Хорошо, – неожиданно покладисто согласилась Марго. – Если знаешь – скажи сам.

– Может, не надо?

– Надо, Боренька, – рассмеялась она. – Говори.

– Ладно, – тяжело вздохнул Райнер. – В общем, этот ее китаец говорил примерно следующее: «Если ты констатируешь факт преступления, то пожалей преступника, а не восхищайся своим умом». Что-то в этом роде.

– Так вы что, предлагаете нам пожалеть Ларису Скляр и этого Суханова, что ли? – изумился Ленар. – Или я вас не понял?

Кирган тронул его за плечо и негромко проговорил:

– Ты не понял, Ленар. А китаец прав, уж ты мне поверь.

Разговор повернул в сторону будущей книги Ленара, и неожиданно Виталий Николаевич произнес:

– Слушай, брось ты дурью маяться. Зачем тебе эта книга? Какой от нее прок? Кому ты поможешь? А вот то, что ты сделал для Наташи, – это реальная помощь, настоящая. И кайф от реальной помощи человек получает намного более сильный, чем от осознания того, что он написал книгу, которую еще неизвестно сколько людей прочитают и прочитают ли вообще. Я сам это понял только благодаря тебе и тому делу, с которым ты ко мне пришел.