Бой капитанов

Хотя минутой позже охрана пропустила его на территорию, а причиной первичного запрета на въезд явилось то, что «Лэнд Круизер» не числился в списках автомобилей, которыми пользовались спецназовцы службы. Причину устранили быстро, но тягостное чувство отчужденности осталось. И слова Леонидыча, полковника КГБ в отставке, Абрамова Сергея Леонидовича, директора охранной фирмы, он запомнил надолго.

Тот, усмехаясь, подошел к внедорожнику, как только Полухаров поставил его на стоянку и вышел из салона.

– И где ж ты надыбал такого «железного» коня, Володя? Или поменял на свой «Пассат»? Не подскажешь, где и кто проводит подобные обмены? А то моя тачка, глядишь, вот-вот развалится. Я бы тоже приобрел внедорожник. Не такой крутой, конечно, попроще, но приобрел бы. Тем более бесплатно.

Полухаров сказал:

– Такие тачки бесплатно не меняют, Леонидыч. А о получении джипа мы со своим окладом даже мечтать не можем.

– Тогда где ж ты взял это чудо? Не угнал же?

Абрамов еще не знал о том, что Владимир подал рапорт, тем более отставному полковнику не было известно о новом месте работы майора.

– Нет, Леонидыч, не угнал! Его мне новый работодатель выдал!

Изумлению Абрамова не было предела:

– Что? Не понял?! О каком работодателе ты ведешь речь, майор?

Полухаров объяснил:

– Ухожу я со службы, Леонидыч! Рапорт подал. Купавин пока в отпуск отправил, но это ничего не решает. Уйду после отпуска. А так как бездельничать не привык, то устроился на работу в один из коммерческих банков. И знаешь, что я тебе скажу, ценят нас на гражданке, очень высоко ценят. Вот, джип дали в личное пользование, зарплату в месяц такую, которая здесь и не снилась.

– Понятно! Сломался, значит?! Нет, ты не подумай, я не упрекаю. Не имею на это права. Каждый волен решать свою судьбу так, как захочет. У каждого есть выбор. Ты свой сделал. Только, знаешь, Володя, без обиды, руки тебе я больше не подам.

Абрамов повернулся, чтобы уйти, Полухаров остановил его:

– Подожди, Леонидыч, ты же не знаешь, почему я написал рапорт?!

– А мне это неинтересно. Написал, ну и скатертью дорожка. Такое будет тебе от меня напутствие, сынок! Живи, радуйся жизни, если сможешь…

Отставной полковник ушел, а слова все звучали в ушах Полухарова. Звучат они и сейчас: «Руки тебе я больше не подам!»

Майор получил в тот день расчет. И видел своих подчиненных. Но никто из них не подошел к нему, никто не попытался заговорить. Разозлившись, послав все к чертовой матери, Полухаров уехал. Поминки прошли скомканно, и скорей всего майор сорвался бы, если бы не Татьяна. Она смогла найти те слова, в которых так нуждался Владимир. А сладостное наслаждение от близости с ней заставило посмотреть на мир совсем иными глазами. И предстал перед ним окружающий мир не таким уж и мрачным.