Боярин

Помогали они, как могли, и спустя месяц пути я уже понимал, о чем предводитель булгарский с купцом перекрикиваются, а спустя два месяца уже и сам мог с ратниками разговоры вести.

Вот и добрались мы до Pa-реки. Говорят, что исток ее в самих Репейских горах хоронится. В Светлом Ирие ключик малый из земли бьет и потоком полноводным по миру разливается. Несет Священная река по земле радость Божескую, зло из света белого вымывает, чтоб был этот свет еще белее.

Там, где принимает в себя Pa-река воды Оки, пришла пора с провожатыми прощаться. Сговорился Стоян с булгарами общую дневку сделать. Приглядели мы местечко попригожей, ладью на берег вытянули, становище разбили. Велел купец из закромов ладейных бочонок меда пенного достать (того, что от мордвы отбили), разносолов всяческих, снеди поскоромней. Запылали костры, мужики с ратниками суету устроили: кашу в котлах варили, невод в реку забросили, рыбы с раками наловили – ешь не хочу.

От свинины и хмельного наши провожатые отказались. Говорят:

– Нам пророк Мухаммед мяса нечистого есть не позволяет, а пития пьяного нам и вовсе не надо.

Что ж, дело ихнее. Не пристало нам к чужому народу со своими привычками лезть и обычаи свои навязывать. Как им нравится, так пусть и радуются. А они трубы глиняные достали, травой их набили, подожгли и ну давай дым через трубы тянуть и в себя вдыхать. Смотрю, а у них глаза заблестели, ничуть не хуже, чем у нас от меда, а вокруг дым сладковатый облачками плывет, ветерок его подхватывает и в небо поднимает, чтоб их Богу тоже не скучно было. И от ушицы наваристой булгары не отказались, сказали, что рыбка им очень даже на пользу идет.

К вечеру и нам, и им совсем хорошо стало. Разморило гребцов от хмельного, а булгар от их трав пахучих, на песни да на пляс потянуло. Кто-то из ратников бубен достал, застучал по нему заковыристо. Я еще подумал:

«Вот Баянку бы сюда. Он на бубне такое выделывал, что немногие повторить смогут».

А среди гребцов дударь оказался, жалейку достал и под лад незнакомый подстраиваться начал, весело от такой музыки стало. Они пляшут, и наши от них не отстают, они поют, а наши подтягивают. Булгары хохочут, и гребцы смехом заливаются. Пир у нас горой.

Только мне не до пиров было. Я меду пригубил да чару в сторонку отставил. Трезвая голова мне сегодня нужна была. Хоть и пел я вместе со всеми, хоть и приплясывал, а краем глаза за булгарским предводителем приглядывал. Он со Стояном в шатре отдыхал, а Марина им подносила да разностями с вкусностями угощала. Пологи у шатра подняли, чтоб ветерок продувал, потому мне за булгарином следить несложно было. Ратник на вид недужный и худосочный, а от еды не отказывался, за троих уплетал, а купец, хоть снеди ему и жалко было, но виду не показывал, с воином беседу неспешно вел, о том о сем судачил.