Боярич

В частности, боярин, например, подтверждал, что по прямому приказу государя гарнизон оставил Арсенальный замок и был переведен в Кремль. Комендант Бреве, получив приказ, пытался покончить жизнь самоубийством, но был остановлен собственным адъютантом и теперь пребывает под стражей… в том же Кремле. Казалось бы, какое мне до этого дело? Дошло… когда в третий раз прочел письмо боярина.

Бестужев старательно, но очень аккуратно выпячивал все «косяки» происходящего в столице действа, попутно намекал на то, что бо́льшую часть московского служилого боярства с началом мятежа отставили от дел. Тех, кто шел по гражданской службе, отправили в отпуск ввиду перехода управления в руки военной администрации, основные посты в которой заняли представители царского рода. Служивших же по негражданской стезе либо перевели на другие должности, либо переподчинили… правда, по словам Валентина Эдуардовича, вся эта суета коснулась только Московского воеводства. Приказов и их служащих никто не трогал, но… сами по себе, лишенные государем рычагов воздействия на ситуацию в городе, они никак не могли повлиять на творящееся в столице безобразие.

В общем, письмо Бестужева оказалось эдакой расширенной версией откровений Аристарха, во всей красе таланта дипломата. Ни одной прямой просьбы, только подробное описание происходящего в городе, наглядно показывающее, что все это «ж-ж-ж» неспроста, «хороших» и «плохих» в этой сваре нет вообще, а соваться в интриги сильных мира сего, особенно когда те уже дошли до применения «последнего довода королей», дело дурное и абсолютно бесперспективное. Можно подумать, я собираюсь с этим спорить…

Но как же старательно они пытаются внушить мне идею отказа от вмешательства в происходящее – это что-то. И как осведомлен мой будущий тесть… просто удивительно, как много можно узнать, безвылазно сидя в своем убежище. Хм… вот и еще пара копеек в копилку интересных вопросов к Бестужеву-старшему, да. Но это может подождать до лучших времен. Тряхнув головой, я свернул экран браслета и, затушив сигарету в стоящей на столе массивной пепельнице, уставился в темноту. Черт с ним со всем, у меня и без мятежей дел достаточно…

Шесть утра. Холодно, темно, пасмурно… с неба валится мокрая дрянь, которую и снегом-то не назовешь. Но отменять тренировку из-за погодных условий я не собираюсь. Вот еще, мои ученицы и так почти три недели баклуши били, пора и делом заняться. А то, вчерашнее их выступление явственно показало, что в развитии дара за время моего отсутствия они не продвинулись ни на йоту. А уж то, что они попытались прикрыть свою лень происходящими вокруг событиями, и вовсе никуда не годится. Времени на то, чтобы освоиться у меня дома, было предостаточно… Ну, пусть теперь не жалуются.