Боярич

Тут же оказалась рядом и, развернув Ольгу к себе лицом, ни слова не говоря, провела ладонью перед ее покрасневшими глазами. По лицу Бестужевой прокатилась волна освежающей прохлады, и, взглянув в зеркало на двери, Ольга не заметила в отражении своего лица ни единого следа недавних слез.

– Спасибо, Лиз, – тихо проговорила она, глядя в сторону.

– Не за что, – пожала та плечами и, чуть помедлив, спросила: – И чего расклеилась, подруга? Живой же, целый и невредимый вернулся.

– Я… мы… поссорились тогда с ним… перед дуэлью, помнишь, я рассказывала… – запинаясь, неуверенно проговорила Оля и закончила совсем невпопад: – Я боюсь.

– Ну, судя по тому, какую волну в Эфире вы подняли сегодня утром при встрече, я бы сказала, что это было давно и неправда. Тебе так не кажется? – еле заметно улыбнулась Елизавета.

– Волну? – непонимающе переспросила Ольга.

– Ну да, не знаю как Мила с Линой, а я от вашей нежности чуть на месте не…

Тут Елизавета осеклась и покраснела. Ольга ошеломленно взглянула на ученицу Кирилла, но не успела ничего сказать, как входная дверь в очередной раз предательски скрипнула.

– Ой, какие интересные новости мы узнаем… – пропели в унисон два хорошо знакомых девичьих голоска, в которых так и сквозило ехидство. – Неужели это действительно сказала наша скромница-разумница?!

– Мелкие! – Елизавета взвилась и, резко обернувшись к двери, так что ее шикарная коса хлестнула Ольгу по руке, зло прищурившись, тихо, но веско произнесла: – Хоть одно слово на эту тему – и я сдам ваши мечты и чаянья… заинтересованным лицам.

– Поздно, Лиз, – невольно усмехнулась Ольга, покосившись на застывших с совершенно непередаваемым выражением на лицах сестер. – О том, что эти две вертихвостки влюблены в Кирилла, как кошки, я и так знаю. Давно.

– Ты – да, не сомневаюсь, – помедлив секунду, согласилась Елизавета, не сводя взгляда с заметно расслабившихся близняшек. И, кротко улыбнувшись, хлопнула длиннющими ресницами. – А вот Кирилл даже не догадывается. Пока.

Елена Павловна может гордиться внучкой. Так качественно приложить неугомонных сестер, пожалуй, еще никому не удавалось. Ольга покачала головой. Ее «бои» с близняшками всегда проходили куда тяжелее и ни разу не заканчивались подобной безоговорочной победой.

А следующий шаг внучки одиозной боярыни и вовсе заставил дочь дипломата завистливо хмыкнуть. Елизавета окинула замерших в ошеломлении сестер долгим взглядом и… протянула им руку.

Близняшки недоуменно посмотрели на ладонь Елизаветы, заторможенно переглянулись и… положили свои ладошки сверху.

Неужели их голоса и вправду могут быть такими… тихими и мягкими?

Совместными усилиями ученицы все-таки убедили Ольгу, что ей совершенно не о чем переживать.