Боярич

Представить невесту шалавой, ославить ее на весь свет – это же какое разочарование для влюбленного пятнадцатилетнего парня! А заодно эта выходка обрубила бы мне любой намек на возможность быть принятым в обществе, независимо от исхода дела. Расстались бы мы с Ольгой или остались вместе – житья в столицах нам бы не было обоим. В общем, по зрелом размышлении, я пришел к выводу, что правильно сделал, отправив Георгия Дмитриевича на тот свет. Туда ему и дорога. Будь моя воля – оживил бы тварь и заново прикончил, раз десять подряд…

– А вот тут, кстати говоря, мог быть и второй слой… – задумчиво протянул Скуратов-Бельский в ответ на мое рычание по поводу попытки Громова-старшего превратить мою невесту в нимфоманку. Я непонимающе взглянул на собеседника. – Как думаешь, каким способом тебя намеревались «взорвать» после твоего попадания к иезуитам?

– Без понятия, – пожал я плечами. Понимаю, что у урода был какой-то план, как подсунуть меня папистам, но вот как он намеревался повернуть меня против них… не знаю.

– Смерть Люды и Николая была устроена по указке иезуитов, – тихо произнес старик. – У меня до сих пор руки слишком коротки, чтобы их достать. Точнее, заказчиков. Что же до тебя… Ты был слишком мал, чтобы хорошо запомнить родителей, и не факт, что захотел бы мстить за их смерть. Громов не мог этого не учитывать. Так что, думаю, если бы не Ольга, тебе подвели бы какую-нибудь другую девочку, а потом… разыграли бы тот же самый сценарий, а в нужный момент подсунули бы доказательства причастности иезуитов к этой неприглядной истории.

– А зачем тогда нужно было валить все на Бельских? Или они, как и Томилины, были связ… – Я поднял взгляд на старика. – «Северная Звезда» и «Гончие»… Одного поля ягоды?

– Хм. А вот в это я тебе соваться не советую, – нахмурился Скуратов. – Не знаю, откуда у Громова была эта информация и зачем он привязал к этому делу Бельских, но это уже совсем другие игры, Кирилл. И проходят они по совершенно другим правилам. Это политика. Прими добрый совет: не стоит в нее лезть.

– Вот чего мне не нужно – так это политических и шпионских игрищ. Своих проблем хватает, – проворчал я.

– Вот и замечательно. Кстати, Кирилл, а не скажешь, с чего вдруг ты решил, что эти отряды… оба связаны с папистами? – вкрадчиво поинтересовался Скуратов-Бельский.

Во попал… Думай, голова, думай! Шапку куплю, из песца, ага. Того самого, который сейчас ко мне подкрадывается. А то, глядишь, и без «Визелей» останусь.

– Хм… перед смертью Роман Томилин молился на латыни…

– А ты откуда знаешь? – удивился дед. – Ты же вроде бы в это время уже в мещанах обретался?

– Так ведь… это я его на тот свет наладил, – пожал я плечами.