Боярич

А если Испания, то… Бродов поклонник Дестрезы? Хм…

Я заметил взгляд, который мой противник бросил на ножны у меня на бедрах, и попытался прислушаться. Нич… а, нет. Не прав. Господин Бродов удивлен, но виду не подает. А вот настороженности нет. Уже хорошо.

Пока секунданты были заняты последними приготовлениями и делали финальное предложение о примирении, мы с моим оппонентом так и стояли друг напротив друга. Молча смотрели, оценивали. Наконец на наших запястьях замкнулись подавители… Главное теперь – не показать настоящую скорость под разгоном и при этом остаться быстрее противника. Иначе все мои ужимки по скрытию воздействий в Эфире окажутся просто бесполезными. Не переборщить и… не медлить.

Вердт недовольно покосился на своего «подопечного». Да, дуэль на холодном оружии подразумевала некоторую вольность в выборе клинков, и Бродов согласился с тем, что его противник будет биться ножами. Да и сам Кирилл не возражал сойтись в схватке с ножами против шпаги… и даги. Но… не глупость ли это? С другой стороны, оружие необычное и, возможно, заставит Бродова осторожничать хотя бы до тех пор, пока он не присмотрится к его возможностям. А это шанс для Кирилла…

Гвардеец-бронеходчик вздрогнул от неожиданного возгласа второго секунданта: «Бой!»

И противники двинулись навстречу друг другу. Вердт ожидал, что вот сейчас длинные странно изогнутые ножи замелькают в руках Кирилла в попытке сбить с толку Бродова, но нет, никаких финтов. Парень просто застыл на месте, внимательно следя за пошедшим по кругу Бродовым. Атака!

Кирилл совершенно змеиным движением отпрянул в сторону от устремившегося к нему клинка шпаги и, пропустив стальное жало мимо, вдруг резко ударил по клинку, сбивая его в сторону. Зачем?!

Подшаг, удар! Изогнутое лезвие бьет по выставленной в защите даге… и в руке Бродова остается только рукоять и обломок клинка не более двух дюймов длиной.

Противники разорвали дистанцию, и оппонент Кирилла вновь начинает наматывать круги… Вердт покосился на стоящего чуть в сторонке, дожидающегося окончания дуэли врача, потом на секунданта Бродова, но те, явно увлеченные боем, этого не заметили. А сам Вячеслав пропустил очередную атаку фехтовальщика. На этот раз это не был пробный удар, проверяющий реакцию и скорость противника. Шпага молнией метнулась вперед, в явной попытке обезоружить правую руку Кирилла. Но вместо того чтобы парировать удар или вновь разорвать дистанцию, парень, вдруг скрутившись пружиной, с совершенно сумасшедшим ускорением рванул прямо под летящий клинок. Взмах, другой, и ножи окрасились в алый цвет, разбрызгивая вокруг веера крови. С глухим стуком упала наземь зажатая в отрубленной руке шпага, и противник Кирилла с каким-то бульканьем завалился набок.