Боярич

Я же говорю, на пиру не обошлось без интересностей…

– Доброе утро, господа. – Я кивнул всем троим, но ответ получил лишь от двоих – тех самых будущих секундантов.

Подтянутые, спортивные ребятки с невыразительными лицами, одинаково короткими военными прическами, в одинаковых костюмах, которые можно было бы назвать деловыми, если бы не кое-какие мелочи… человеку несведущему незаметными, но превращающими с виду обычный костюм во вполне удобную для активного движения одежду. Телохранители моего противника, собственно, как мы и договаривались. Ну да, тащить в качестве секунданта Леонида было бы тонким издевательством над вызвавшим меня бояричем. Это же не поединок со школьниками, а полноценная дуэль между взрослыми… м-да уж, людьми. Привлекать же того же Хромова мне было бы не по чину… боярский сын рода Бестужевых… Нет, никаких традиций я бы не нарушил, и никто бы ничего не сказал, но выводы заинтересованные лица сделали бы. Они же не знают, что у меня просто нет взрослых людей, знакомых настолько хорошо, что я мог бы доверить им право наблюдателя на дуэли… Так что пусть будут люди моего оппонента. Тем более что наш разговор видело и слышало вчера достаточно людей, чтобы я мог не опасаться за честность поединка. Каким бы ни был исход нашей встречи, в случае смерти одной из сторон разбираться в обстоятельствах будут скрупулезно… и совсем не бояре. Ну а причин сомневаться в том, что и мой противник это понимает, у меня нет.

– Кирилл Николаевич. – Оказавшийся рядом со мной, один из «гостей» коротко, по-военному резко кивнул и представился, – Меня зовут Андрей Аполлинарьевич Вешков. Я буду вашим секундантом, если не возражаете.

– Ничуть. Приятно познакомиться, Андрей Аполлинарьевич, – качнув головой, ответил я. Помню его, весь вечер ходил за своим бояричем, как привязанный. Что ж, это даже к лучшему…

– Взаимно. Вы готовы?

Получив утвердительный ответ, Вешков сухо извинился и отправился навстречу ожидающему его в пяти метрах напарнику-коллеге. Мой же противник остался стоять еще дальше, метрах в десяти от своего секунданта.

Наблюдатели переговорили, и через десять минут ритуальных «танцев с бубнами», вроде обязательного предложения о примирении, и перечисления запрещенных к использованию мощных площадных техник, из которых я не мог выполнить ни одной, в отличие от моего противника-«воя», молвой причисляемого к «старшим»… В общем, спустя еще десять минут с формальностями было покончено, и нас четверых накрыло артефактной полусферой диаметром в добрых полсотни метров, призванной защитить окружающее пространство от возможных разрушений.